Главное:
-
Женское царство. Взгляд на роль прекрасного пола в истории Ярославской области

Женское царство. Взгляд на роль прекрасного пола в истории Ярославской области

«Библиотека ярославской семьи» предлагает по-новому посмотреть на роль прекрасного пола в истории малой родины.

– До революции на всю страну гремели фамилии уроженцев наших краев: купцов Елисеевых, владельцев самого помпезного и роскошного гастронома российской столицы, водочных королей Смирновых, собственников колокольного завода Оловянишниковых, – рассказывает один из авторов популярной книжной серии заведующий кафедрой регионоведения и туризма ЯрГУ Андрей Данилов. – Исследователи подмечали предприимчивость и расторопность ярославцев. Близость к Петербургу и Москве сформировала традицию – значительная часть мужского населения городов и сел уходила на заработки в главные мегаполисы России, оставляя дом и хозяйство на баб.

Коня на скаку остановит

Газета «Северный край» в 1899 году написала о любопытном факте: прибывший в Ярославль родственник царя великий князь Владимир Александрович беседовал с местными крестьянами по-английски. Представленные ему уроженцы Ильинской волости Павел Васильев Ильичев, Иван Михайлов Бобров, Евгений Ильин Меркулов, Козьма Семенов Афонасьев и Петр Ефимов Ильин знали три иностранных языка. Ярославские расторопные мужики активно ездили по стране и даже по заграницам, торговали, как сейчас говорят, делали бизнес.

Пока главы семейств подвизались на выезде, их прекрасные половины пахали в поте лица, не деля работу на мужскую и женскую. Вкалывали и детей воспитывали. Когда Некрасов писал оду крестьянской женщине, которая коня на скаку остановит, в горящую избу войдет, он видел своих землячек. Особенности семейного и бытового уклада наших предков аукнулись позднее, когда дамы проложили дорогу в космос и встали у руля стратегических производств.

Невестились

– На Руси женихаться и невеститься начинали примерно лет в 15, – рассказывает автор книги «Традиции Ярославского края. Дом и быт. Семейные обычаи» популярной литературной серии Анастасия Маслова. – С этого времени молодежи разрешалось участвовать в разнообразных увеселениях – гуляньях и хороводах.

На суженого девушки гадали. К примеру, перед праздником Покрова (14 октября) юные пошехонки в ночную темень пробирались в овин со специально испеченным ржаным хлебцем и прядкой льна. Нужно было позвать: «Мой суженый, мой милый, приходи, на работу насмотрися, из окошка покажися!» – и потом в полном одиночестве ждать, пока на стекле не проявится лицо будущего супруга. А еще считалось, что если юная дева первой прибежит в «счастливый день» в церковь на службу по зову благовеста и поставит свечку, то и замуж выйдет первой.

В брак вступали в 18 лет, а иногда и раньше. И если в семье подрастали несколько братьев или сестер, то отпускали их во взрослую жизнь строго по старшинству. Так и говорили: «Через сноп не молотят».

– Осенью после сбора урожая играли свадьбы, а самым популярным для венчания считали 7 октября, – уточняет Анастасия Маслова. – В этот день чествовали Феклу Запрядальницу и верили, что на Феклу что завяжется – уже не развязать. Семейные узы в том числе.

В платье невесты втыкали во множестве булавки и иголки, видимо, чтобы к благоверному пристегнуть ее намертво или пришить самым крепким швом. Как рассказывает «Библиотека ярославской семьи», в Пошехонье в подол брачующейся втыкали иглы, завязывали, где можно, побольше узлов, а иногда на талию повязывали обрывок рыболовной сети – в качестве оберегов. В Курбской волости Ярославского уезда по дороге к венцу невеста должна была обязательно снять с себя одну булавку и бросить ее на перекресток. В Переславле пришивали на подол и фату медные крестики либо кресты из лент. В Даниловском – насыпали ей на ботинки мак. А платок, под которым «сговоренка» плакала, она с собой не брала – чтобы не лить слезы в новой семье.

Стряпали

В наше время, едва отзвучит марш Мендельсона, одной из главных обязанностей молодой супруги становится сытно кормить семью. Наши бабушки, прабабушки и прочие пра-пра-пра тоже старались побаловать своих домочадцев чем-то вкусненьким. Но это, к сожалению, не всегда получалось.

– В суровом ярославском климате зачастую даже рожь не торопилась поспевать, поэтому женщины варили кашу-«вараханицу» («варахавицу») из зеленых недозревших зерен. Бедные крестьяне готовили иногда «завару» – тестяную кашицу из обваренной кипятком ржаной муки с постным маслом, – воссоздает картину минувших дней Анастасия.

Она поясняет, что яичные блюда считались праздничными. Излюбленных яства наших предков: глазунья, омлет на молоке, хорошо взбитый мутовкой, запеченный в плошке, и драчена – нечто вроде сладкой яичной запеканки на сливочном масле. К слову, если в наши дни яичница считается дежурным блюдом для завтрака, то в древности оно предназначалось для важных обрядовых трапез.

Главным горячим кушаньем на русском столе были, конечно, щи – из свежей и из кислой капусты, с мясом и рыбой. Бедняки ели их пустыми – без мяса, приправленными лишь ложкой ржаной муки или овсянки. По осени в течение нескольких недель девушки и женщины квасили капусту, изрубленную или целыми кочанами. Конкуренцию этому овощу, богатому витамином С, на крестьянском столе мог составить разве что знаменитый романовский лук – ярко-бордовый, сочный, сладкий.

– Даже в благополучных семьях готовили не каждый день, зато сразу помногу, разогревая потом пищу по мере надобности. Хлеб пекли раз или два в неделю. За обеденным столом собиралась вся семья от мала до велика. Трапезовали долго, чинно. Разговаривать и смеяться, попусту выходить из-за стола не полагалось. Ели из общей миски. Предпочитали действовать ложкой, а не вилкой. Как гласит пословица: «Вилкой – что удой, а ложкой – как неводом». Питались сытно, но не стремились к изыску, излишествам и экспериментам, – продолжает рассказ соавтор книжной серии.

На завтрак у богатых крестьян подавали чай с выпечкой, у бедных – хлеб или остатки вчерашнего ужина. В полдень накрывали горячий обед из двух-трех блюд. Хорошим тоном считалось после этого прилечь и отдохнуть. В разгар страды и летом подкреплялись часа в четыре «паужином», а затем трапезовали. Зимой с ее ранними сумерками ложились рано, довольствовались вечером тем, что от обеда осталось.

Рукодельничали

Семейное воспитание в народной среде включало обучение девочек разнообразным навыкам ведения хозяйства. Матери с детства приучали дочерей к домоводству и рукоделию.

– Льняные и шелковые кружева плели в Ростове Великом и в близлежащих монастырях и селах. Ростовские плетеи (так называли мастериц) разработали особый узор для легкого, ажурного фона изделий. Позднее он получил название «ростовский крест». Свой почерк был у романовских кружевниц, – вводит в курс дела Анастасия Маслова. – Старшие сестры присматривали за подрастающей малышней. Если подходящей родственницы не находилось, в няньки брали бедную сироту.

Рецепт из прошлого

«Сочни ярославские с творогом» из изданной в 1861 году книги Е. Молоховец «Подарок молодым хозяйкам, или Средство к уменьшению расходов в домашнем хозяйстве»

Приготовить на дрожжах полуслоеное тесто. Раскатать пласты теста, смазать ложкой масла, поставить в печь, чтобы слегка подрумянились. Положить на весь пласт творогу, взяв на полтора фунта выжатого 1 яйцо, 3 ложки сметаны, ложечку соли и ложку сахара. Смазать маслом, поставить в печь, чтобы творог порозовел. Сложить тогда тесто вдвое, смазать маслом, посыпать сухарями и опять ненадолго поставить в печь. Масла пойдет всего с полфунта. Сочни же можно делать и в малом виде, по сочню на человека.

Фото из архива редакции

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp