В Ярославской области в этом году отметят 130-летие со дня рождения Максима Богдановича

В 2021 году исполнится 130 лет со дня рождения белорусского поэта с берегов Волги – Максима Богдановича. Молодой человек приехал в Ярославль получить образование юриста, но город на Волге стал знаковым в становлении Богдановича как творческой личности: здесь он был влюблён, и каждая струна его души отзывалась поэтическими творениями, здесь был подготовлен к изданию первый – и единственный – сборник его стихов «Венок». 

В наши дни памятник поэту-романтику стоит на Советской площади, у здания университета, а тогда Демидовского лицея, где учился М. Богданович. Его именем в Ярославле названа одна из улиц.  

Максим Богданович жил в очень интересное, переходное время рубежа веков, когда сменялся общественный строй, менялись мировоззрения людей, появлялись политические свободы. Человек думающий и чувствующий, Максим, просто не мог оставаться в стороне от событий – он много читал, анализировал, осмысляя, творил. Юрист по образованию, но по призванию – поэт и вдохновитель. Тот самый народный интеллигент – абсолютно новое явление предреволюционного времени.  

Его родители – педагоги. Отец – учёный, этнограф. Мама – выпускница Петербургской учительной школы. Бабушка – кладезь народного фольклора. Это была счастливая большая семья, любящие родители. Обеспеченный дом.  Активная общественная жизнь родителей – дома у Богдановичей часто собирались народовольцы и творческая интеллигенция. Что говорить, кругозор у мальчика, а потом у юноши был чрезвычайно широк. Он действительно жил, как говорят, в ногу со временем, не отставая ни на шаг. Основав фундамент своего мировоззрения на народном фольклоре, семейных  ценностях, возрастая духом на идеях нового времени и впечатлениях от частых переездов по крупным, развитым городам Российской Империи, он сформировался как человек думающий, критически мыслящий, работоспособный, глубоко образованный, творческий и… мечтающий. 

Впечатления и чувства оставляли свои неизгладимые следы. Переезды по работе отца по необъятным просторам Российской Империи. Минск. Гродно. Смерть матери из-за болезни. Переезд в Нижний Новгород. Здесь не только другом, но и членом семьи становится Максим Горький. Старший брат Вадим – публицист, социолог, активный деятель – возглавляет учащуюся молодёжь в Нижнем… Но неожиданно, скоропостижно Вадим Богданович умирает от туберкулёза. В один момент Максим осознал, как жизнь скоротечна и непредсказуема, как горьки и невосполнимы утраты. В один момент ему захотелось сделать всё, что только возможно, творить, реализовать себя. Это был 1908 год. 

И вновь после тяжёлой утраты семья переезжает в Ярославль. В разное время семья Богдановичей жила по трём разным адресам. До наших дней сохранился только один дом, что по улице Чайковского, 21. Сегодня здесь расположился Центр белорусской культуры. 

Только отсюда, из самого Ярославля, можно писать об ярославском периоде жизни и творчества поэта. Ярославль – это город-жемчужина. Волга в её необъятных берегах течёт медленно и спокойно, как древнерусская былина. И мне посчастливилось здесь жить, ходить теми же дорогами, что и Максим Адамович, смотреть на те же – всё ещё сохранившиеся – здания. Можно прогуляться по тому же самому бульвару от стен альма-матер поэта или зайти в пару-тройку храмов, которые стоят здесь уже не один век, и уж точно были свидетелями вдохновенной юности и первых стихотворных признаний купеческой дочери, русской девушке Анне, от белорусского поэта. Можно прийти на место слияния двух рек – Волги и Которосли, куда так любил приходить поэт, чтобы подумать и насладиться пейзажем. Именно здесь, над Волгой, влюбленный юноша, написал: «Зорка Венера узышла над зямлёю…» Это о ней. «Ах, как умеете Вы, Анна не замечать, что я влюблён…» Тоже о ней.

Творить человека учит любовь. Она же теплит в человеке его творческую жилку и жизнь наполняет радостью осмысления бытия. Здесь, в Ярославле, тонко, едва уловимо переплетаются уютная домашняя, но дворянская атмосфера, столичный размах в архитектуре, духовное богатство православной традиции и прогрессивные взгляды времени. В Ярославле Максим Богданович вступил в ту пору молодой деятельной жизни, когда полученные знания и опыт уже могут приносить свои плоды и творчество, обретая адресатов, почитателей и единомышленников, обретает невероятный подъём. Он творит собственное жизненное пространство, обозначая контуры его не личной жизнью и даже не национальными интересами, но общечеловеческими ценностями и масштабами духовной вселенной, мирозданием.

Музой, а точнее Венерой, Мадонной Максима Богдановича стала утончённая и музыкально одарённая девушка. В доме, расположенном по адресу ул. Чайковского, 21 в Ярославле, на стене висела копия картины художника Рафаэля «Сикстинская Мадонна» – подарок Максима Горького. Глядя на образ, запечатлённый Рафаэлем, поэт писал стихи, посвященные Анне Рафаэлевне. Когда девушка уедет учится в столичный Петербург, где некогда получила образование его мать, поэт соберется ехать за ней с огромным желанием изучать в университете литературу. Однако, сбыться этому было не суждено. Максим уже был болен, да и средств у семьи едва хватало – ехать учиться предстояло младшему брату Максима. Решено было продолжить учёбу в Ярославле, параллельно практикуясь в юриспруденции. 

Нужно сразу сказать, что Максим Богданович не строил себе карьеру. Да, разбирал текущие дела о кражах и ограблениях, которые случались в городе. Но жил он идеей о том, чтобы построить новую жизнь в Белоруссии, на малой родине. Это было его служение – и литературное, и общественное. Он хотел, чтобы люди жили лучше, чтобы были свободны творить и трудиться. Он нащупывал дух новой Беларуси, осмысливая новые революционные веяния времени. Ведь это так естественно для молодого человека – думать о будущем, хотеть построить лучшую жизнь, используя свои знания, силы, опыт. И чувствовал в себе для этого достаточно сил. Эти силы и вдохновение черпал из воспоминаний.

Представьте себе белорусское местечко полтора века назад. Привычный быт простой деревенской хаты. Крестьянская девушка сидит у ткацкого станка и ткет – и пояса, и рушники, и даже полотняные дорожки. Забывшись, думая о родном доме, она выткала цветок синего василька вместо причудливого персидского узора. Это ее талант, трудолюбие и трагическую судьбу в романтическом образе воспел поэт. И я могу разделить его чувство восторга. Однажды я сама побывала в старом деревенском доме и увидела там настоящий старинный сундук. Мощный, дубовый, но затейливый, весь украшенный самодельной цветной материей. В такие, видимо, и складывали плоды своей работы мастерицы. Таким поясом, дорогой из самотканого полотна  и стал творческий путь поэта.   

Тот, кто проводил лето в деревне с мамой или бабушкой, знает – это и есть самая соль детства. Так было и у Максима. Он гостил в Белоруссии со своей матерью и старшим братом у родной тётки. Пил молоко, бегал босиком, живился вдохновением и поэзией самой земли. Будучи взрослым, ярославским гимназистом, Максим будет много думать о счастливой поре своей жизни, поэтизируя все, что имело отношение к белорусской действительности. Он много времени проводит в гимназической библиотеке. В ярославской гимназии он дружески сошелся с преподавателем латинского и греческого – Владимиром Владимировичем Белоусовым, прекрасно владевшем и многими европейскими языками. Но Максим занимался упорно белорусистикой. Он прекрасно понимал, что зарождающееся возрождение белорусской культуры начала ХХ века идёт «от сохи», от современного ему крестьянства и мещанства, потому как слой интеллигенции давно ассимилировался в польскоязычной культуре. И он ощущал себя частью этой движущей силы, утверждая: «смысл существования всякой интеллигенции – развивать народную культуру». Его сознание вписывало национальную литературу малого народа Российской Империи в мировой контекст. 

 В этот период Максим Богданович занимается разработкой концепции истории развития белорусской литературы от древности до начала XX столетия. И такой масштабный подход к работе он усвоил от своего отца, учёного, использовавшего фундаментальный подход к изучению любого вопроса. Вопрос о влиянии и взаимном обогащении литератур был для Максима Богдановича одним из самых живых и интересных. 

Литературный процесс того времени, с точки зрения Максима Богдановича, будто сундук с сокровищами, где собраны мировое достояние образов и опыта, откуда можно черпать, чтобы создавать новое. Осмысливая и творчески преобразуя фольклорные мотивы, поэт придает новый идейный смысл образам и символам. Мир не настолько плоский, чтобы описывать его литературными методами реализма. Это не бытописание. Мир глубже, объёмнее, мудрее и гуманнее. А потому поэзия Богдановича, воспитанного на самых значительных примерах мировой литературы, – это писания бытия, ведь литература должна иметь историю и отвечать историческому процессу. Потому поэт писал стихи и на русском и белорусском языке. Это свидетельствует не только о богатстве возможностей поэта, но и тонком ощущении материи слова. Для него литература – синоним качества. Это – способ мироощущения.

В своем «Письме к простым людям» Максим Богданович писал: «Кто знает? –быть может, пройдет сколько-то времени, и не узнаем мы ни нашего края, ни наших детей. I будет все вокруг чужое, необычное, а своего родного – ничего. Так пусть же этого не случится! Не оставим родной язык, свои песни, свои обычаи …» Прошло уже больше века с того момента, как написаны эти строки. Романтик ли их написал? Нет. Скорее деятель, чья жизнь была исполнена любви – и юношеской, и патриотической, и любви к жизни, и к правде, а более всего – любви к человеку, к его достоинству, высоте призвания и устремлённости к цели.

музей Богдановича

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp
Новости на нашем
канале в Viber