Главное:

Брак без расчета

ПОНОМАРЕВ И ДРУГИЕ

Брагино. Улица Труфанова, 36. Молодая семья Мунтяну въехала сюда, как и все, четыре года назад. Муж – предприниматель, жена – коренная ярославская, из семьи военного врача, дочке нет еще двух лет. Скромно обставленная однокомнатная квартирка сверкает чистотой, уютом... и красноватым светом включенного обогревателя.

Проверяю батареи. Не просто теплые – горячие. Но без обогревателя нельзя – сыро. Хозяйка отодвигает штору – краска на окне облуплена, откосы, подоконник в черной плесени. Каждую весну всю эту «красоту» супруги отскребают, за зиму она нарастает снова.

В ванной часть стены и потолка тоже покрыта плесенью, она уже пробирается под плитку. Плесневеет даже стиральная машина – все эти «Занусси» и «Индезиты» застрелились бы, не поверили.

Михаил Мунтяну:

– Коробка нашего дома строилась одними, потом простаивала лет девять-десять, была перекуплена другими. Во время приемки дома в эксплуатацию, как я понимаю, на многое просто закрыли глаза. Окна установлены с нарушениями, есть нарушения кирпичной кладки, нет нормальной вентиляции. И так не только у нас – практически во всем доме. Одни делают каждый год ремонт, другие так терпят.

А я молодой, энтузиазм бьет изо всех щелей. Как председатель товарищества соб-ственников жилья (ТСЖ), обращался куда только можно. Считаю, что заказчик – генеральный подрядчик по строитель-ству (достройке) нашего дома Пономарев, когда стал таковым, взял на себя ответственность за все, что было сделано до него, и за результат, который получился, – тоже. Но он от этой ответственности уходит, обещаний своих по отношению к нашему дому не выполнил, на официальные обращения к нему ответов мы не дождались.

Я пытался достучаться до него с помощью департамента строительства. Оттуда сообщили, что «с вопросами, изложенными в заявлении», И. Ю. Пономарев ознакомлен и в срок до 15 января 2005 года «будет проводить изучение и дополнительные обследования и даст ответ в ваш адрес». Уже скоро год как «изучает» – реакции по-прежнему никакой.

У Михаила и его соседей осталась последняя возможность – обратиться в судебные органы с назначением комплексной судебной экспертизы. Но большинство жильцов решило, что это долго и дорого. Судиться каждой квартире отдельно – тем более накладно.

Время между тем идет. Сейчас здесь избрано новое правление ТСЖ и новый председатель. Борцов за общее дело уже не слышно. Каждый сам за себя. Кто-то продает свои квартиры и съезжает. Решил съезжать и Михаил со своей семьей.

Вывод, который он сделал из всей этой истории в конце нашего разговора: люди, которым за сорок лет, уже не хотят бороться за свои права.

Он еще молодой, не понимает, что есть такие, которые просто не могут – здоровья не хватит.

«ЛОЖУСЬ В БОЛЬНИЦУ!»

– Суд принял решение в мою пользу, – сообщила в ответ на мой телефонный звонок Лидия Ивановна Каталова. – Подробности расскажу позже. Завтра ложусь в больницу. Врачи сказали, что надо поправить сердце.

Еще бы, думаю я. После такой эпопеи!

Улица Тургенева, 21. Договор на долевое участие в строительстве этого дома Лидия Ивановна Каталова заключила с ЖСК «Шинник-97» 26 февраля 2003-го, сделала в своей 4комнатной квартире внутреннюю отделку и осенью того же года готова была справить счастливое новоселье.

Не тут-то было.

В декабре дом стал промерзать. На потолке и по периметру окон появилась плесень, отклеились обои – влажность была такая, что, по ее словам, в квартире стало просто невозможно жить.

Обратилась в Ярославскую лабораторию судебной экспертизы. Эксперт провел техническое исследование и подтвердил: да, система естественной вентиляции неудовлетворительная. Чтобы выяснить причины, рекомендовал проверить правильность работ по утеплению торцов плит перекрытия, качество кирпичной кладки, утепления чердака...

На чердак она слазила, в остальном ни ей, ни членам ее семьи было не разобраться. Все лето Лидия Ивановна с домочадцами сушила квартиру как могла, но зимой проклятая плесень выступила в тех же самых местах.

В числе прочего эксперт порекомендовал оштукатурить дом с внешней стороны. Хороший совет, но кто это организует и, главное, за чьи деньги?

О том, что жить в квартире стало невозможно, Каталова написала в инспекцию архитектурно-строительного надзора мэрии. Ответ пришел за подписью главного инженера проекта ООО «Центрпроект» Г. В. Печуркиной. Прочитав его, Лидия Ивановна схватилась за голову.

– Грубые строительные нарушения там перечислены по пунктам. Потолки не утеплены, стены не сделаны, как надо по нормам, вентиляция – тоже, окна не те, что запроектированы. Мне непонятно, как можно принимать дом с такими нарушениями ГОСТов, СНИПов и т. п. и как я могу это исправить?

Толкнулась было в правление ЖСК – безрезультатно. Тогда отослала выводы проектировщиков в инстанцию, стоящую над соответствующими службами мэрии, – в департамент строительства администрации области. В ее проблемы погрузился теперь уже областной комитет Госархстройнад-зора.

В результате худшие выводы предыдущих обследователей подтвердились. В письме заместителя директора департамента, председателя комитета ГАСН В. В. Гусева говорится, что кирпичная кладка выполнена с неполным заполнением швов, установка пластиковых оконных блоков взамен деревянных с проектной организацией не согласована, приводятся другие факты явных нарушений и самодеятельности строителей.

Кроме очевидного говорится и о совершенно невероятном. «Установить подрядчика по выполнению работ в настоящее время не представляется возможным» (!). Оказывается, исполнительной документации у заказчика строительства – ЖСК «Шинник-97» просто нет. Как без нее обходились, уму непостижимо.

Лидии Ивановне было предложено обратиться в судебные органы.

БОДАТЬСЯ С ДУБОМ?

На практике же куда только народ не обращается! Сестры Татьяна Леонидовна Покров-ская и Галина Леонидовна Сулейманова – одной 81 год, другой 87 – адресовались к народному заступнику Г. А. Зюганову. Но он, как опытный депутат Государственной Думы РФ, переадресовал письмо по месту событий – разбирайтесь, ярославцы, сами.

И правильно, кто, кроме закона, здесь, дома, разберется в их ситуации.

Чтобы съехаться с дочерью одной из них, сестры продали свою квартиру и купили другую у ГУП «ТСО «Ярославльстрой». Но дом № 52 по улице Красноборской оказался с такими же сюрпризами, как уже нами описанные. Если не хуже. На улице два градуса тепла, в углах квартиры – стужа. Все течет, даже кровля, и сквозь плиты вода растекается по комнате. Стеклопакеты не только не держат тепло, но и не открываются. И главное – что-то подозрительное происходит с газовым котлом. А это уже не шутки – газ!

«В ГУП «ТСО «Ярославльстрой» мы обращались, но они нас не понимают. Разговариваем как с глухими». Обращения к заместителю мэра гну Смирнову тоже ни к чему не привели – «одни отписки и «умные» советы обратиться в суд и впредь смотреть, что подписываешь».

«У нас нет здоровья «бодаться с дубом» в лице чиновников всех мастей. Остается только писать президенту и в Страсбургский суд по правам человека. Из-за всей этой авантюры у одной из нас инфаркт».

Сейчас хлопоты по эстафете приняла на себя дочь Галины Леонидовны. По поручению прокурора Заволжского района назначена независимая строительно-техническая и теплоэнергетическая экспертиза.

Неужели только прокурор и суд могут все расставить по своим местам? И больше качеством строительства заняться некому? А что профессиональное сообщество?

Председатель Ярославского союза строителей, генеральный директор ОАО «Ярнефтехимстрой» Владимир Григорьевич Матросов:

– Есть два вида причин претензий населения к качеству строительно-монтажных работ: явный брак и причины, корень которых находится вне сферы нашего влияния.

Человек вправе требовать за свои деньги нормальную продукцию, и мы все обязаны пресекать возможность брака на самой ранней стадии его зарождения.

Но вот только один пример. Несколько лет назад изменились теплотехнические нормы и соответствующие правила строительства. Нужно в них укладываться. Беречь тепло. В Ярославле стал разрабатываться, а вскоре и выпускаться пористый «теплый» кирпич. При всех достоинствах он имеет свойство копить больше влаги, чем обычный. По нормам один кубометр влагоемкого кирпича может накопить шесть кубометров воды. Добиться, чтобы он был абсолютно сухим, невозможно.

Влага – конечно, временный фактор, и она, когда дом начинает отапливаться, выходит – года два, три и больше – в виде плесени и других «прелестей».

Я был противником резкого перехода на «теплый» кирпич. Статистика говорит, что 40 процентов потерь тепла происходит в котельных, еще 40 процентов теряется на теплотрассах и только двадцать – в здании. А мы начали поход за экономию с этих 20 процентов! С точки зрения итогового результата абсолютно неправильно. Давайте параллельно и теми 80 процентами заниматься: реконструкцией теплотрасс, котельных, наведением элементарного порядка в местах производства и транспортировки тепла.

Матросов и другие строители готовы назвать и другие объективные причины. Но если бы проблема сводилась только к ним! Страшнее – элементарное «что хочу, то и ворочу».

Факты, когда технический надзор заказчика, заметив что-то по ходу строительства, заставит переделать, очень редки. Значит, так и живите – мучайтесь?

Обращаюсь к Ирине Анатольевне Носатовой, заместителю председателя комитета Государственного архитектурно-строительного надзора департамента строительства.

К сожалению, объясняет она, решение проблем грубых нарушений строительных норм и правил, с которыми сталкиваются жильцы новых домов, выходит за рамки компетенции ее ведомства. Оно осуществляет надзор только в период строительства, реконструкции и капитального ремонта. Принимать какие-то меры после сдачи дома не уполномочено. Разве только в качестве третьего лица в суде для дачи заключения.

Но суд – это постфактум. Судя по документам, которые у нас в редакции, – результат слабого контроля. Контроль за строительством дома № 52 по улице Красноборской вела городская инспекция архстройнадзора мэрии. Она же выдавала разрешение на выполнение строительно-монтажных работ и участвовала в приеме его в эксплуатацию.

По закону подрядчик несет ответственность за все, мягко говоря, недостатки в течение пяти лет. Так что все только через суд. Будем привыкать бороться за себя именно так.

Спрашиваю Ирину Анатольевну: что же будет дальше? Ведь принят федеральный закон, который отменяет с 1 января 2007 года лицензирование строительной деятельности («Северный край» об этом писал 15 ноября). На строительный рынок в дополнение к нашим халтурщикам хлынет поток совсем уж неквалифицированной рабочей силы под руководством ловких менеджеров.

– С ужасом думаю об этом. Если человек ничего не понимает в своем деле, с ним ведь даже на одном языке говорить нельзя.

НЕ ДАЙ БОГ, НО...

Слова Ирины Анатольевны я поняла так. Если закон за оставшийся год не отменят, мы у себя в Ярославле получим такое, по сравнению с чем беды нынешних новоселов покажутся цветочками. В письме двух старых женщин Зюганову уже есть фраза, на которую хочется обратить особое внимание: «Дом потенциально опасен».

Недавно в России произо-шло очередное обрушение. Погибли люди. А как с этой точки зрения выглядят наши новые жилые дома? Если нет гарантии непромерзания, непродувания, незаполнения швов, можно ли быть уверенными, что такой дом однажды не свалится на головы в нем живущим?

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp