-

Для полного «кайфа» нам только «Анти-Пушкина» не хватает

Кроме фактологических изысканий Катаевой есть ещё такая вещь, как поэзия Ахматовой, и её невозможно перечеркнуть никакими домыслами, даже столь «умелого» интерпретатора, каким является госпожа Катаева. В последние годы в нашей критике, литературоведении наметилась и стремительно нарастает вполне естественная, впрочем, тенденция переосмысливать творчество тех или иных писателей, поэтов советского периода. В этом плане характерна серия «Жизнь замечательных людей», где один за другим появляются тома с новым толкованием и жизни авторов, и их произведений.

Интересно сравнить две книги из этой серии: Павла Басинского – о Горьком и Дмитрия Быкова – о Пастернаке. Обе, по-моему, очень интересны и основаны на многочисленных известных и неизвестных источниках. Их авторы проделали большую исследовательскую работу так же, как и Тамара Катаева. Но Басинский, ставя во главу угла факт, документ, избегает нравоучительных выводов и сентенций, намеренно уходит от такой «благодатной» темы, как личная жизнь Алексея Максимовича. И потому, думаю, его книга только выигрывает. А Быков в своей книге о Пастернаке гневается и негодует, разоблачает врагов, обличает невежд и тому подобное. И его гнев в большинстве случаев справедлив. Правда, от этого его книга вряд ли выигрывает по сути, хотя безусловно интересна и даже, судя по критиче­ским отзывам, появившимся в периодической печати, уже привлекла внимание читателей и стала в Москве лидером продаж книжной продукции.

«Читатель разберётся», – хочется сказать многочисленным ниспровергателям от литературы. Попытки ревизовать литературу, исходя из каких-то фактов жизни писателей, поэтов, могут привести к появлению серии «Анти-Тютчев», «Анти-Толстой» и даже «Анти-Пушкин». В своё время, в годы учёбы на филфаке Ленинградского университета, мне довелось заниматься в семинаре по творчеству Пушкина, который с блеском вёл Борис Викторович Томашевский. Он, скажем, убедительно доказывал, что повесть «Дубровский» появилась на свет под влиянием западного авантюрного романа и не только в фабульно-сюжетном плане, даже сам текст повести – её язык об этом свидетельствует. Но и Томашевский с не менее блестящей убедительностью показывал, что это влияние носит чисто формальный характер, и повесть Пушкина – глубоко национальное произведение. На мой взгляд, такого анализа недостаёт многим нашим «антиавторам».

Безусловно, что «ревизии» подвергается в первую очередь литература советского периода. Возникает опасение, что возможна уже испытанная траектория: разрушим «до основанья, а затем...». В этой связи заслуживает внимания публикация Юлиана Надеждина в газете «Северный край» за 17.01.2009 года «Захар Прилепин желает мира и нежности». В ней говорится о встрече с Прилепиным, которая состоялась в Ярославле в Доме книги и театральном институте. Этот модный сейчас писатель, прозаист и публицист, так сказал: «Недавно открыл для себя Леонида Леонова. Перечитал полное собрание сочинений – «крышу снесло» от догадки, «что ведь Леонов – гений». Хочется думать, что после таких слов из-под пера Прилепина не появится «Анти-Леонова». И дай бы Бог.

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp