Главное:
МИН
-

Суббота началась в понедельник

Утро понедельника, в соответствии с рекомендациями физиологов, нельзя начинать резкими движениями. Нужно постепенно, не напрягаясь, входить в рабочий ритм.

Именно таким, лениво­неторопливым, был поутру даже деловитый и собранный, динамичный и энергичный канал РБК. Там повторялись воскресные кадры из Сочи с ласково улыбающимся по поводу нашего замечательного экономического будущего министром Грефом, с довольным жизнью и собой вице­премьером Жуковым и скромно­удовлетворенным краснодар­ским губернатором Ткачевым. Повторились и кадры резких высказываний Президента России в отношении Грузии. Тогда, пасмурным утром понедельника, мы еще не знали о том, как завершится день, тем более – неделя, и какой резонанс даст эта самая воскресная реплика Президента.

Пока же где­то между строк, без понимания того, праздник это или просто галочка в календаре, то один, то другой каналы упоминали про международные день врача и день архитектуры. Честно говоря, я так и не дождалась, чтобы телевидение на врачебную проблематику откликнулось специальным образом. Если не считать того, что вскользь было упомянуто о начале 105­й нобелевской недели, в первый день которой должны были присуждать премии именно в области медицины. К интриге же с архитектурой я вернусь чуть дальше, поскольку она к концу дня все же нашла хоть какой­то отклик.

«Новое времечко» на ТВЦ и архитектурный сюжет в «Ночном полете» на канале «Культура» вкупе с поздним вечерним опусом Первого канала «Покорение Москвы» неожиданно сконцентрировались вокруг первопрестольной. Демократические собеседники из «Времечка», не опасаясь упреков в разжигании межнациональной вражды, дали московской пенсионерке прокричать в прямом эфире о своей неприязни к приезжим­чужакам­инородцам, из­за которых жизнь москвичей, как она считает, стала намного хуже прежней. Правда, эти ведущие хором, мешая публике слышать их, стали женщину перекрикивать и что­то ей возражать. Но «глас народный» уже прозвучал, и тема – нет, не отношения к приезжим других национальностей, а исключительности и избирательности самой Москвы – была задана вполне определенно.

Дальше – больше. Архитектурный вопрос, в том числе и квартирный, стал предметом обсуждения в «Ночном полете», где гостьей А. Максимова была искусствовед М. Нащокина. Что за прелесть эта неторопливая, несмотря на небольшой эфирный формат, беседа двух приятных друг другу людей! Как свободно рассуждали они о фактах уничтожения архитектурных памятников Москвы и как умело уходили от конкретных имен и адресов сегодняшней Москвы! «Чтобы никого не обидеть...» – было лейтмотивом ответов Нащокиной. За этим, правда, слышалось кое­что иное: чтобы не впустить публику в нашу, сугубо московскую, ни на чью больше не похожую жизнь. Мы между собою разберемся. А чужих нам не надо!

Москва – для москвичей. Москва – средоточие наших экономических и политических интересов. Москва – единственное место в стране, где «так вольно дышит человек», который решил стать известным стране, а не только своему городу или региону. «Покорение Москвы» – почти как переход Суворова через Альпы, действие не только сложное, но и значимое. Кто­то заинтересовался группами «Братья ГРИММ» и «Дискотека Авария», добрая соседка не дала пропасть стилисту Лисовцу, впустили в творческую среду актеров Яковлеву и Машкова, танцовщика Цискаридзе, журналиста Малахова. Москва в рассказах этих людей предстает средой жестокой и безжалостной (талант­ливому мальчику из Грузии в хореографическом училище грозила опасность – могли столкнуть с лестницы, чтобы сломал ногу). Да в их рассказах в основном и фигурирует не Москва, а они сами – такие талантливые и умелые (Малахов), такие нахальные и несгибаемые (Машков), такие тонко чувствующие и любящие свой маленький уютный город Иваново («Авария»). Юный нувориш­стилист, демонстрирующий люстры, которыми он «увлекается», – единственный, кто снят в своей квартире, – смотрится тем самым, раздражающим и в чем­то унижающим чужое достоинство символом современной столицы, оторванной, отторгнутой от жизни, интересов и проблем всей остальной страны.

Наверное, авторы хотели как лучше – рассказать о стойких и талантливых людях; получилось – как всегда, показали неприятную трансформацию личностей, живущих вопреки классическому российскому – «не место красит человека».

Но интрига понедельника завершилась не этим телеаккордом. В полночь отрезонировало сделанное накануне и показанное утром заявление Президента: нам рассказали о разрыве транспортных и почтовых связей с Грузией. Вот и опять сбылось поверье, и понедельник оказался тяжелым не только для телезрителей, но и для политики с экономикой, а значит – для жизни.

Понедельник предвосхитил еще более «тяжелую» субботу. Там было убийство истовой журналистки Политковской, которая кому­то и помешала как раз работой по этим двум темам – межнациональные и коррупционные проблемы в ее материалах то и дело принимали образ угрозы национальной безопасности страны. Однако ее собственная безопасность оказалась недостижимой. Наверное, она кого­то раздражала даже самим своим обликом человека истового и резкого. До смерти раздражала. Ужасно, что до ее собственной смерти, когда телевидение только и могло показать очередные цветы и свечи у опустевшего подъезда, где она жила на съемной (!) квартире...

Конституция

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp