МИН
-

До Бородина и после

Эту войну почему-то не принято называть великой, хотя по сути она была именно такой – огромной, всенародной. Круг её героев для большинства из нас ограничивается фигурами общероссийского масштаба – местные известны гораздо меньше. Выставка в архиве, хоть и небольшая и рассчитанная, как здесь говорят, на внутреннее пользование, в какой-то мере восполняет этот пробел.

Она открывается фотографией с портрета М. И. Голицына, ярославского губернатора, председателя Комитета Ярославской военной силы. «Комитет руководил подготовкой к возможной эвакуации местных учреждений и вопросами формирования ополчения, – рассказывает автор выставки Тамара Валентиновна Котова, – занимался снабжением армии, размещением беженцев, раненых и пленных, сбором пожертвований».

Ситуация действительно была сложной. Генерал-губернатор Г. П. Ольденбургский в письме архиепископу Ярославскому и Ростовскому Антонию, датированном сентябрём 1812 года, просил немедленно позаботиться о безопасности имущества церквей и монастырей всей губернии. Подлинник этого письма хранится в архиве. Тут же листовка, отпечатанная в Санкт-Петербурге «при сенате», с текстом манифеста Александра I об организации народного ополчения для противостояния вражескому нашествию.

Сохранился список ратников – крепостных крестьян в Ярославское ополчение из вотчины помещика С. С. Яковлева. Люди все немолодые – 35, 40, даже 50 лет, фамилии из-за особенностей писарского почерка разобрать трудно. Геройски смотрится на портрете их начальник генерал-майор Я. И. Дедюлин.

Всего губерния выставила 11025 добровольцев, на их обмундирование и вооружение было собрано 817,5 тысяч рублей. Ярославское ополчение охраняло дорогу из Ярославля в Москву и дороги к населённым пунктам губернии. По приказу М. И. Кутузова, в составе отрядов Винценгероде прикрывало дорогу из Москвы в Петербург, затем было переброшено к Смоленску. В 1813 году участвовало в осаде Данцига: в архиве отыскался даже план осады этого города, схема расположения наших и неприятельских войск.

Считается, что самая распространённая сейчас фамилия в Ярославле – Соколовы. На стенде – портрет командира 1-го пехотного казачьего полка П. А. Соколова – возможно, предка кого-то из них.

Ярославцы участвовали в этой войне не только на полях сражений. В октябре 1812 года в городе был открыт главный военный госпиталь, на средства жителей был создан передвижной магазин для снабжения армии. На выставке представлено прошение помещика Н. А. Ярославова губернатору о разрешении открыть в городе Данилове на свои средства инвалидный дом для увечных и раненых воинов.

Прошение датировано 1813 годом – враг был изгнан с русской земли, но война продолжалась и жертвы её множились, доживая свой век в городах и селениях. Некоторые имена и факты сохранились в списочном составе Ярославской военной силы.

Алтуфьев (имя и отчество не известно), прапорщик, скончался 13 апреля 1813 года в Торопце, видимо, от ран.

Анучин Пётр Фёдорович, капитан, «уволен за ранами 27 мая 1813 года».

Аверкиев Иван Семёнович, поручик, уволен по болезни 27 мая 1813 года.

Анисимов Маркел Анисимович, подпоручик в отставке, в 1812 году получил две пулевые раны в ногу.

Бирюлёв Василий Иванович, поручик, в 1812 году ранен в верхнюю губу.

Бродовский Карл Иванович, поручик, в 1812 году штыковая рана в левую руку.

И так по алфавиту от А до Я.

В списке только офицеры. Что касается рядовых, то можно вспомнить надпись на одном из памятников на Бородинском поле: и столько-то «нижних чинов, имена коих известны тебе, Господи».

Конституция

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp