Главное:
-
Два дня с участковым

Два дня с участковым

КАБИНЕТНЫЙ ДЕНЬ
- Сегодня вряд ли что-то интересное будет.
Вы бы на прошлой неделе пришли, у нас задер-
жание проходило, - такими словами встретил
нас участковый Иван Кузнецов. - Мужчина уп-
равлял машиной в нетрезвом виде и попался.
Назначили судебное слушание, которое он про-
игнорировал. Пришлось его под конвоем достав-
лять к мировому судье. Водитель вину не при-
знал, будет пересмотр дела. Он, конечно же,
снова не придёт на заседание. Кому за ним бе-
жать? Ясно - участковым. У нас же ноги казён-
ные.
Вот с такой не слишком оптимистической но-
ты началось наше знакомство с Иваном Вячес-
лавовичем. Пока Кузнецов занимался докумен-
тами, я осмотрелась. В кабинете четыре стола
(на одном из которых - компьютер), кушетка, как
в кабинете врача. Везде, где только можно, ле-
жат бумаги. Кстати, насчёт «ничего интересно-
го» Кузнецов оказался не совсем прав. На
планёрке, с которой начинается день всех со-
трудников милиции, участковому выдали ориен-
тировки: за минувшие сутки на его участке ушли
из дома и не вернулись сразу три человека.
- В первый раз такое, чтобы сразу трое про-
пали. О, моя подопечная, - пролистывая бума-
ги, узнал одну из «потеряшек» Иван Вячеславо-
вич. - Как попала в аварию, так ей мерещится
всякое. Она уже не в первый раз из дома уходит.
Однажды встретил её на улице, а она за дерево
спряталась.
Из-за того, что приходится каждый день
справляться с горой документов, Иван Вячесла-
вович считает свою профессию самой бумаж-
ной.
- Составление протоколов - наше главное
занятие. Вот, например, в прошлом месяце на
двоих у нас было 58 материалов, это не считая
тех, что прокуратура отменила, - говорит он. -
Сейчас должны прийти ещё пять. Чтобы их толь-
ко перечитать, нужен час. Когда утренняя смена,
с девяти утра до шести вечера, бумагами зани-
маюсь, отписываю то, что предыдущим вечером
«находил». Или с посетителями общаюсь.
Единственный за весь день посетитель ока-
зался из разряда потерпевших. Начальник охра-
ны одного из супермаркетов Брагина получил по
лицу от 17-летнего посетителя, когда попросил
его оплатить товар.
Разговор с потерпевшим длился недолго -
Кузнецов уже в подробностях знал, что случи-
лось пару дней назад. От пришедшего требова-
лись только паспортные данные да подпись под
заявлением. И ещё диск - всё происходящее
снималось на видеокамеру.
- Если интересно, можете посмотреть, что
там было. А я пока снова документами займусь,
- предложил Иван Вячеславович.
На записи молодой человек спокойно, на
глазах у охранника съел банан. А затем избил и
оскорбил мужчину.
Во время проверки данных юноши выясни-
лось, что общаться ему с милицией придётся
уже в шестой раз, до этого на него было состав-
лено пять протоколов за распитие спиртных на-
питков в общественных местах.
- Теперь ему вменяются и хищение, и оскор-
бление, и нецензурная брань. Но закончится всё,
скорее всего, штрафом, - поясняет Кузнецов. -
Мать заплатит, хотя сама на него как-то заявле-
ние писала. Сынок ей убийством угрожал.
Подобных «элементов» на участке Кузнецо-
ва предостаточно, и с каждым из них нужно как
минимум побеседовать.
- Иногда бы рад просто пройтись по участку,
да времени не хватает. Как всё распланировать
- непонятно. Одних только охотников на моей
территории около 300 человек, и каждого из них
необходимо проверить хотя бы раз в год, - рас-
сказывает Иван Вячеславович. - Плюс ещё ус-
ловно осуждённые, ранее судимые, условно-до-
срочно освобождённые, всех нужно контролиро-
вать, следить, как живут, чем на жизнь зараба-
тывают.
Таким контролём участковый занимается, ког-
да работает во вторую смену. Начинается она с
14 часов, а заканчивается... Когда всех обойдёт,
тогда и закончится. По-другому не получается.
ОТ СЛОВ - К ДЕЛУ
На следующий день, несмотря на то, что пла-
нировался поквартирный обход, мы вновь заста-
ли Кузнецова и двух его коллег за бумагами. В
спешном порядке милиционеры потрошили кар-
тотеку и выписывали данные нужных им людей
на специальные карточки.
- Из прокуратуры пришло постановление: к
завтрашнему утру переписать всех «условни-
ков» и «удошников», совершивших грабежи и
разбои, - сообщил «радостную» новость Иван
Вячеславович. - Так что выход в люди по време-
ни сдвигается.
На улице мы оказались только в четыре ча-
са. Вместе с нами в рейд отправился участковый
Дмитрий Прокофьев - редкий случай, когда ми-
лиционеры совершают обход вдвоём.
- По нагрузке у нас самая большая зона.
«Альтаир», гаражи рядом с ним, улицы Волго-
градская, Панина, Труфанова, Ленинградский
проспект - это всё наша вотчина. Так уж у нас
заведено, что участки мы не делим. Если на-
чнёшь разбирать «это моё, а это твоё», то ника-
кой работы не получится. А так знаешь всё Бра-
гино, - поясняет Кузнецов. - Кстати, туда мы на
общественном транспорте поедем, машины у
нас нет. Вернее, машина есть, но пока не оформ-
лена.
«Семёрка», предназначенная для нужд
участковых, на стоянке РУВД вот уже не-
сколько месяцев. По словам Ивана Вячесла-
вовича, на неё всё никак не могут оформить
документы. Пока эта волокита длится, на
свои участки милиционеры добираются как
получится.
ерриторию рядом с отделением, повезло, пешком можно дойти. А нам далековато топать, мы ездим на автобусах и троллейбусах, - поясняет Кузнецов по дороге к участку.
- Но не за свой же счёт, - заметила я, как само собой разумеющееся. И получила неожиданный ответ.
- А за чей же? За свой, конечно, - удивился Иван Вячеславович. - Прокурорские работники все билетики собирают, им потом затраты компенсируют, а мы за свои катаемся. Лет пять назад, когда льгот лишили, нам к зарплате добавили тысячу рублей и с тех пор больше ни копейки не дали. Если учесть, что мы полностью оплачиваем счета за квартиру, телефон, детский сад, то эти деньги - просто капля в море. Вот сейчас в отдел пришёл новый сотрудник, первые месяца три он станет получать пять-шесть тысяч рублей. А когда получит звание, назначат оклад тысяч 12.
За таким не слишком радостным разговором мы до­брались до нужного дома. На одного из жителей многоэтажки поступило заявление, что он под угрозой убийства вымогает деньги. Однако потенциального подозреваемого дома не оказалось, оставив ему повест­ку, Кузнецов отправился по другому адресу.
- Вообще доказать, что вам кто-то угрожал убийством, довольно сложно. Должна быть реальная опасность для жизни, желательно, чтобы все происходило при свидетелях. Хорошо бы остались синяки или ссадины. Иначе в возбуждении дела просто откажут, - рассказывает о тонкостях работы участковый.
- Вот, кстати, после того, как построили «Альтаир» и прочие торговые центры, у нас появилось больше проблем, - проходя мимо магазина, заметил Кузнецов. - Женщины оставляют в примерочных телефоны, а потом пишут заявление о краже. А тут даже кражи никакой нет, вещь-то лежала без присмотра, по сути бесхозная.
Пока приехали на участок, пока зашли в одну квартиру, на улице стемнело. И всё-таки Кузнецов издалека заметил сильно поддатого мужчину, сидящего на остановке. Рядом с ним стояла бутылка дешёвого портвейна.
- О, старый знакомый А., - сразу же вспомнил фамилию одного из своих постоянных клиентов Иван Вячеславович. - Сейчас в опорный пункт отведём, протокольчик составим. Женя, твоя бутылка?
Мутным взглядом Женя обвёл присутствующих и рядом стоящую бутылку, после чего выдал фразу «Я заплачу, браток».
- Это он вспомнил, что судья ему штраф назначил, - поясняет Кузнецов. - Его за распитие взяли, отвезли в суд, думали, сядет суток на 15. А он уговорил судью его отпустить, обещал штраф оплатить. Вот сидит, оплачивает.
С грехом пополам мужичка довели до опорного пункта милиции.
- Направим бумаги в суд, туда он не придёт, и нам придётся за ним бегать. Вот так мы сами нашли себе работу, - смеётся участковый.
Поставив галочку под протоколом, радостный Евгений в обнимку с бутылкой гордо удалился.
- А бутылку ему зачем вернули?
- Как же иначе? Изъять орудие, которым совершалось административное правонарушение, в данном случае бутылку, имеет право только суд. Это же его собственность, - поясняет Иван Вячеславович. - Раз подошёл к компании, они мне с ходу «а мы не пьём». Ну, раз не их бутылка, взял и вылил всё содержимое. Ребята мне с тоской вслед: «Ну зачем же ты это сделал, Ваня?» А в другой раз мужик залпом выпил бутылку портвейна, только чтобы мне её не отдавать. И тут же упал.
Кстати, люди, живущие на территории Кузнецова, хорошо знают своего участкового. Кто-то официально называет его по имени-отчеству, а кто-то уже давно говорит ему просто «Ваня».
- Но несмотря на это, дверь открывают не всегда. Иногда приходится доказывать, что ты сотрудник милиции, а не какой-то проходимец. А ведь можно просто в РУВД позвонить и узнать, работает там такой человек или нет, - поясняет участковый. - Но чаще всего дверь не открывают, потому что не жаждут с тобой общаться. Бывает, что по полчаса стоишь, уговариваешь, и всё без толку. Часто приходится ругательства слышать в свой адрес. Привыкли уже, если уволить угрожают или засудить, но иногда действительно страшно становится, когда семью, например, проклинают.
Проходя мимо одного из универмагов, Кузнецов остановился. Посовещался с напарником, потом попросил нас с фотографом немного подо­ждать в стороне.
- Кажется, подозреваемого нашли, - только и сказал участ­ковый.
Милиционеры подошли к двум мужчинам. Проверив документы, сотрудники РУВД повели их в другой магазин.
- Оттуда поступило заявление о краже вещей, сейчас видеозапись посмотрим, но мне кажется, именно этот человек у нас по ориентировкам проходил.
Через полчаса, после общения с продавцами и просмотра записи, подозрения милиционера подтвердились. Установив личность мужчины, участковые отпустили его на все четыре стороны.
- Товар с витрины срывал его приятель. Правда, он его имени не знает, только кличку. Придёт потом к нам, будем работать.
В последней квартире, которую нам предстояло посетить в этот день, пожаловались на разбитое в подъезде стекло. С бабушкой, проживающей в этой квартире, участковому и раньше приходилось сталкиваться: не раз она писала заявления о прослушивании её квартиры спецслужбами и вредных соседях, подкидывающих ей всякую гадость. Самой старушки дома не было, зато «вредные» соседи оказались расположены к общению. Правда, удивились сообщению о разбитом стекле.
- Да оно лет пять уже разбито, - со смехом сообщила женщина, - мы просто менять его не хотим, всё равно не надолго.
Пять лет разбито или не пять, протокол всё равно составлять пришлось. Потрачено на это было как минимум полчаса. Как показала практика, большая часть времени участкового уходит как раз на такую работу. Но ничего не поделаешь, служба такая - трудная и, на первый взгляд, незаметная.

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp