-
Портрет лидера в интерьере времени

Портрет лидера в интерьере времени

Елена Дмитриевна Кузнецова – председатель комитета профсоюза работников Гаврилов-Ямского льнокомбината – потомственная текстильщица. На предприятии, которое называлось когда-то комбинат «Заря социализма», отработали всю жизнь её родители, а до них ещё и обе Ленины бабушки. У самой Елены трудовой стаж тоже уже немаленький – двадцать два года. Здесь трудились или продолжают трудиться её одноклассники. Комбинат давно стал Кузнецовой родным.
Она вспоминает, как начинала. Была учеником патрониста, а он – первый помощник художника по ткани. Тщательно переносила на миллиметровую бумагу авторский рисунок. Фрагмент за фрагментом, но в увеличенном масштабе. Потом всё это обретало законченный вид уже на холсте. Дело кропотливое и ответ­ственное, говорит Лена и рассказывает, что застала времена, когда патронисты работали ещё вручную. А потом на производство пришли компьютеры, потребность в большом количестве людей этой специальности отпала. Она ушла в ткацкое производ­ство, стала контролёром ОТК, а по вечерам училась в Гаврилов-Ям­ском текстильном техникуме. Окончив его, успела поработать слесарем КИП, а затем возглавила на комбинате метрологическую службу.
В ведении молодого специалиста находились все точные приборы. А на дворе уже вовсю царила перестройка с её денежной чехардой, взаимными расчётами и перезачётами. За ремонт оборудования порой приходилось расплачиваться готовой продукцией предприятия, но по очень длинной цепочке. Елене пришлось «влезать» во все эти «тонкости», познавать на деле ещё экономику «перестройки».
И всё-таки комбинат жил и работал, даже в то трудное для всей страны время продолжал оставаться одним из ведущих в отрасли. Был участником престижных международных выставок, на которых получал немало наград. Почти 80 процентов его продукции – льняные скатерти, постельное бельё, полотенца – шло на экспорт. Лён больше столетия был визитной карточкой предприятия и самого Гаврилов-Яма.
Выращивание и обработка льна ещё в XVIII веке способ­ствовали появлению в этих местах ремесленного ткацкого промысла, а затем и становлению фабричного производ­ства. Все основные рабочие корпуса предприятия были построены здесь купцом Локаловым, его основателем. В советские годы сюда пришло современное по своему времени оборудование.
Проблемы, продолжает Елена Дмитриевна, начались в 2000 году. Комбинат акционировался, но настоящим хозяином коллектив не стал. Да и не мог он им стать, говорит она. Все главные вопросы руководство решало кулуарно. А люди просто работали, по привычке полагаясь на то, что начальство всё решит правильно. Оно решило продать предприятие. Из закрытого акционерного общества оно стало открытым. Владельцы комбината менялись, и каждый раз они только набивали свои карманы, используя былые его достижения, а вот новые средства в развитие производства почти не вкладывали.
Износ оборудования сегодня достиг 80 процентов. Закрыт прядильный цех. Почти не работает отделочное производство. Доходит до смешного – пряжу на комбинат привозят с Трёхгорки, ткачи ткут ткань, и её опять увозят в Москву на отделку. А полуфабрикат идёт по цене ниже себестоимости. Отсюда – и громадные нынешние убытки.
К тому же предприятие перешло на иной вид сырья – хлопок, а изделиями из него рынок перенасыщен – дешёвой продукцией из Китая, Кореи и Турции. Когда начались задержки зарплаты, люди стали увольняться, не видя перспектив дальнейшей работы. Места ушедших заняли иногородние работники, которых руководство комбината буквально собирало по соседним областям. Были это в основном сельские труженики, без опыта работы на промышленном производстве, без квалификации. Их наскоро обучали ткацким специальностям, в то время как в советские годы рабочих для комбината готовили в специальном профессионально-техническом училище несколько лет. К тому же доставляли «варягов» в Гаврилов-Ям ежедневно на автобусах, и люди попросту уставали от дороги ещё до начала работы. Доставка эта сказывалась и на себестоимости продукции, и от такого «штрейкбрехерства» руководству предприятия самому пришлось вскоре отказаться.
– Когда я пришла сюда в 1989 году, на комбинате работали три тысячи человек. До этого, в начале 80-х, – пять тысяч. А на январь 2009 года было уже 1300 работников, – вспоминает Кузнецова. – Сейчас и того меньше – 580... И сокращения продолжаются. Людей по сути выдавливают с производства, заставляя подписывать новые трудовые соглашения, по которым уменьшается премиальный размер оплаты труда. Несогласных работодатель имеет право уволить. Жизнь изменилась коренным образом, и не в лучшую сторону. Многие подают исковые заявления в суд, чтобы оспорить положение о том, что руководство из-за финансового кризиса решило оплачивать простои как 2/3 тарифной ставки.
Но настоящая проблема в другом – нет заказов, считает профсоюзный лидер.
– А это – вина работодателя, не сумевшего организовать работу, – говорит Кузнецова. – Мы поддерживаем людей, даём им юридическую консультацию. Но за это на профсоюз идут гонения со стороны руководства, ведь мы выступаем против многих приказов генерального директора, в которых руководство пытается ущемить права людей труда.
Разговариваем с Еленой Дмитриевной в небольшой комнатке заводского комитета профсоюза. За окном – производственные корпуса. Некоторые из них закрыты на замок, не работают. Больно видеть, как всё здесь разваливается, сокрушается Кузнецова. Ведь комбинат всегда был градообразующим центром Гаврилов-Яма, и сегодняшнее его состояние сказывается на жизни города. Кто-то из бывших работников предприятия уезжает на работу в Ярославль, кто-то – в Москву. Благодаря программе занятости некоторые, правда, неплохо устроились дома на общественные работы. Но это помощь временная, люди мечтают вернуться на комбинат, ещё рассчитывают на его возрождение. И если владельцы комбината заинтересованы в этом, мы могли бы стать партнёрами, уверена председатель профсоюзного комитета.
На эту должность Кузнецову избрали три года назад. Её предшественница Майя Маркова тяжело заболела и, уходя с предприятия, решила предложить на своё место именно Лену, которую знала по совместной работе в месткоме. Кандидатуру её коллектив поддержал. Но всё самое трудное было впереди.
В новых капиталистических условиях даже такое дело, как сбор членских взносов с членов профсоюза, оказалось весьма проблематичным. Руководство предприятия отказалось перечислять их из заработной платы работников на счёт профкома. Из-за недостатка живых денег предложило профкому расплачиваться с ним готовой продукцией – тканью. Её, мол, можно продать, а вырученные сред­ства перевести на счёт профсоюзного комитета.
– Мы пошли навстречу. Торгуем. Вырученные деньги идут на помощь работающим, – объясняет Елена Дмитриевна. – Профком может дать беспроцентную ссуду в две тысячи рублей, оказать материальную помощь в 300 – 500 рублей. Людям даже такие незначительные суммы – подспорье в жизни. Зарплату-то на предприятии постоянно задерживают. А дома – семьи, дети.
Хорошо ещё, что многие гавриловямцы имеют семейные подворья. Так и выживают в ожидании очередных «траншей» с запоздалой оплатой их труда. Но летом нынешнего года их терпение дошло до точки кипения. В коллективе стала назревать протестная акция, и комитет профсоюза решил провести её на главной площади города.
– Что тут началось. Нас предупреждали, просили не поднимать шума, всё, мол, решится. Предлагали провести просто собрание в Доме культуры. Но мы стояли на своём – митинг! Собрание ведь опять уйдёт в пустую говорильню! – рассказывает Елена Дмитриевна.
Митинг, состоявшийся в июне, наделал много шума не только в Гаврилов-Яме. О проб­лемах этого трудового коллектива узнала вся страна. И её владелец тоже. Господин Дерипаска крайне удивился, что это предприятие находится в его собственности, так прокомментировал ситуацию губернатор области Сергей Вахруков.
Губернатор побывал в Гаврилов-Яме, встретился там с представителями собственника. Разговор с ними, как рассказал Сергей Алексеевич на одной из пресс-конференций ярославским журналистам, был очень непростой, но некоторые результаты были достигнуты. Долги работникам предприятия начали выплачивать. Ещё до начала митинга пришли на предприятие 10 миллионов рублей.
Заговорили в городе и о бизнес-плане предприятия, об ожидаемых в январе будущего года кредитах на техническое перевооружение и закупку нового оборудования. Люди надеются, что в области снова займутся выращиванием льна и его переработкой, в том числе и на такой ценный диетический и лечебный продукт, как льняное масло. Будут ли переоборудовать под его производство льнопрядильную фабрику? Никто не знает. Ни профком, ни народ. Дирекция продолжает держать дистанцию с ними. Но люди в Гарилов-Яме очень надеются, что работа у них будет. И Елена Дмитриевна Кузнецова тоже надеется на это.
Каждым утром она как всегда спешит на комбинат, который по-прежнему называет «своим»... Спешит пока, правда, с тревожным чувством, ведь сотни её бывших сослуживцев всё ещё без работы.
– И всё-таки, если бы промолчали, не выступили тогда в июне, было бы ещё хуже, – говорит она. – А так, надежда есть. И поддержка. Думаем, губернатор дело не оставит.
Кстати, Сергей Алексеевич на пресс-конференции назвал Елену Кузнецову «толковым руководителем». А 11 октября её дружно поддержали и жители Гаврилов-Яма, единодушно избрав депутатом муниципального совета города.

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp