Главное:

Вместо театра в коцлагерь

Материалы охватывают период с августа 1918 по февраль 1922 года. В состав Коллегии входило от 5 до 8 человек под председательством руководителей ГубЧК, которыми являлись:

Лебедев Михаил Иванович (декабрь 1918 г. – декабрь 1919 г.), Смирнов Тимофей Михайлович (декабрь 1919 г. – июль 1920 г.), Сочнев Александр Иванович (июль 1920 г. – апрель 1921 г.) и др.

На отдельных заседаниях присутствовали представители губкома партии, губисполкома и военных ведомств: губвоенком, комиссар Ярославского военного округа, начальник Ярославского военного сектора, в подчинении которого были войсковые соединения для борьбы с дезертирством и крестьянскими восстаниями. На одном из заседаний Коллегии (10 сентября 1919 г.) присутствовала представительница Центра Самойлова-Землячка.

За пять лет – с 1918 по 1922 год – было проведено 234 заседания, на которых рассмотрено 4103 дела на 5479 человек. По характеру предъявленных обвинений дела распределяются: спекуляция – 757 человек (14 процентов); хищения, грабежи, кражи – 632 человека (12 процентов); преступления по должности – 606 человек (11 процентов); пьянство и самогоноварение – 492 человека (9 процентов); контрреволюция – 483 человека (9 процентов); восстания – 301 человек (6 процентов); взяточничество – 241 человек (4,4 процента); мятежи – 230 человек (4,2 процента); мошенничество – 222 человека (4 процента); царская охранка -198 человек (4 процента); незаконное хранение и сбыт оружия – 167 человек (3,5 процента); азартные игры – 114 человек (3 процента); неподчинение властям – 96 человек (2 процента); бандитизм – 95 человек (2 процента); саботаж – 84 человека (1,5 процента); распространение ложных слухов – 47 человек (1 процент); изготовление и распространение наркотиков – 45 человек (1 процент); укрыватели бандитов – 33 человека (0,6 процента); укрыватели дезертиров – 62 человека (1 процент)

В убийствах было обвинено 63 человека (1 процент), в проституции – 11 человек (0,2 процента)

Приведённые данные показывают несоответствие общепринятым представлениям о том, что органы ЧК в основном вели борьбу с контрреволюцией (9 процентов). Это было их прямой обязанностью, но не единственным направлением деятельности. По политическим статьям (контрреволюция, восстания, мятежи, саботаж, связи с охранкой, неподчинение властям, распространение слухов) проходило более 27 процентов обвиняемых. Значительно больше лиц обвинялось в спекуляции, хищениях, кражах и грабежах.

Из общего количества дел, рассмотренных на заседаниях Коллегии ГубЧК, самостоятельные (внесудебные) решения были приняты по 2863 лицам, что составляет 52 процента, а на остальных 2616 человек, или 48 процентов, дела направлены в судебные органы.

В ряде из них, в частности, в губернском ревтрибунале и некоторых других имелись свои следственные комиссии (части), проводившие в необходимых случаях дополнительное расследование по направленным туда из ГубЧК делам.

Коллегия Ярославской ГубЧК в 1918 – 1919 годах, рассматривая дела, связанные с мятежами и крестьянскими восстаниями, приговорила к расстрелу 290 человек (в архиве сохранились свидетельства, что 176 приговоров приведены в исполнение). Дела на 1730 человек были прекращены. Осуждено к лишению свободы (концлагерь) – 559 человек.

Начиная с 1920 года, число приговоров к высшей мере сокращается, и в 1922 году их уже не было.

1918 – 1919 гг. – трагический период гражданской войны, приведшей к многочисленным человеческим жертвам с обеих конфликтующих сторон – белых и красных. В Ярославской губернии наиболее показательными в этом отношении являются крестьянские восстания, которые в разных документах именовались как кулацко-дезертирские или бело-зеленые восстания.

29 мая 1918 года ВЦИК принял декрет «О принудительном наборе в рабоче-крестьянскую Красную Армию», а 25 апреля 1919 г. Совет обороны и Совнарком приняли постановление, согласно которому объявлялась крестьянская мобилизация: каждая волость обязана была поставить по 10 – 12 бойцов. Крестьяне, уклонявшиеся от призыва в армию, а также те недовольные продовольственной политикой советской власти, проводившейся жёсткими методами принуждения, уходили в леса, организовывали вооружённые формирования для борьбы с советской властью. Это движение в Ярославской губернии приняло широкий размах. Летом 1919 года в крестьянских восстаниях участвовало около 25 – 30 тысяч человек. Особо крупные выступления произошли в Пошехонском, Даниловском, Любимском, Мышкинском и Угличских уездах.

Однако не все крестьянские выступления были вынужденной мерой реакции сельского сообщества на мероприятия новой власти. Подчас применяемые повстанцами методы партизанской борьбы перерастали в явный бандитизм, способствовали разгулу преступности.

21 января 1919 года Коллегия ГубЧК рассмотрела дело о применении к шести дезертирам: Челнокову, Завьялову, Частухину, Баранову, Кочергину, Кудрявцеву, совершившим диверсию (взрыв моста через реку Соть), высшей меры наказания – расстрела.

29 июня 1919 г. на 39-й версте железнодорожной ветки Ярославль – Кострома дезертиры обстреляли воинский эшелон, похитили сотни винтовок с боеприпасами. В завязавшемся бою с красноармейским отрядом было убито 157 человек, в том числе организатор выступления Красавин-Маврин.

Крупное дело на 35 человек по восстанию в Богородской волости Даниловского уезда передано на рассмотрение в губревтрибунал.

Жертвами восстаний стали многие граждане. Только в Даниловском и Любимском уездах было совершено около 200 террористических актов. Разгромлены многие волисполкомы и другие учреждения.

Губернской ЧК были разысканы и понесли наказание 68 человек, совершивших убийства и другие насильственные действия.

Что касается мятежа в Ярославле (июль 1918 года), можно увидеть следующую статистику. За период с декабря 1918 года по февраль 1922 года выявлено 339 его участников, из них освобождено 202, направлено в губревтрибунал дел на 70 человек, амнистировано 67 человек.

Особым бичом той эпохи было взяточничество. Продавали и покупали тогда то же, что и нынче. Например, освобождение от службы в армии продавали Т. В. Зорин – помощник начальника мобилизационной части Ярославского уездного военкомата, делопроизводитель гарнизонного лазарета М. И. Ефимов и другие.

Карала за совершенные преступления ГубЧК и своих сотрудников. Г. П. Егоров, П. И. Широков, И. В. Першин, обвиненные в пьянстве, терроризировании населения и получении взятки в сумме 50 тыс. рублей, как враги республики были приговорены к высшей мере наказания. Коллегия постановила «опубликовать об этом в губернской и всех уездных «Известиях».

В рассекреченных архивных делах встречаются сведения, которые по нынешним временам могут вызвать улыбку. Одно из таких дел касалось сразу 42 служащих различных учреждений Ярославля, обвинённых в саботаже. Они в рабочее время покупали билеты в Волковский театр. Всех сразу задержали. Когда разобрались, 28 человек освободили, остальных вместо спектакля отправили в концлагерь на 2 месяца с исполнением в рабочее время обязанностей по службе.

Первые годы деятельности ВЧК и её местных органов приходятся на время, связанное с упрочением советской власти, её борьбой с реальными и потенциальными противниками нового политического режима. При определении мер наказания, которые применялись к людям в этот период времени, руководители органов чрезвычайных комиссий исходили прежде всего из соображений «целесообразности» и «революционного правосознания», подчас попирая элементарные правовые нормы гражданского общества (права и свободы).

Потребовалось ещё не одно десятилетие для того, чтобы понять, что законность не может быть принесена в жертву никакой целесообразности, а справедливость возможна только в рамках правового государства.

По материалам архива УФСБ России по Ярославской области.

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp
Новости на нашем
канале в Viber