Вытащат из глухого леса: волонтёры-поисковики рассказали, как выжить, если ты потерялся

Среди ночи вылезти из теплой кровати и броситься в лес, в темноту и холод, чтобы искать пропавшего постороннего человека — сможете? Ну, по-честному? Многие ещё сто раз подумают «А оно мне надо?» Волонтеры поисковики об этом не задумываются. Им — надо. В последние годы в Ярославле работают мощные поисковые организации. Одна из новых — появившееся в январе этого года отделение отряда «Лиза Алерт». В сентябре у них открылся штаб — комната около 25 квадратных метров. Помещение, как и всё остальное, что есть у отряда — подарили добровольцы. Организация полностью некоммерческая и не берёт ни с кого никогда денег.

Кто эти люди, чем они могут нам помочь и что делать, если потерялся твой родственник или ты сам. Эти вопросы мы задали руководителю добровольческого поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» в Ярославской области Екатерине Рябиченко.

— Как сообщить вам о пропаже человека?

— В первую очередь у нас есть телефон горячей линии. Можно позвонить туда. Заявки поступают туда от родственников пропавших, от их знакомых, от полиции, от службы 112, от единой дежурной диспетчерской службы.

— Вы берётесь за поиск всех пропавших, о ком сообщили по этому телефону?

— Нет. Мы не занимаемся поиском тех, кто специально скрывается. Бывает, люди ссорятся и уходят друг от друга, иногда должники скрываются от полиции и так далее. Это не к нам.

— И кому же — к вам?

— Тем, у кого кто-то действительно потерялся: пропал без объективных причин, заблудился. Стоит сразу написать заявление в полицию и позвонить нам. Мы берёмся за поиски только тогда, когда уже подано заявление в МВД.

— И ждать трое суток сидеть, пока они примут?

— Это уже давно не так. Ничего ждать не нужно. В полиции обязаны принять заявление сразу, как только люди почувствовали неладное. Ещё мы берём от родственников согласие на распространение информации. И сразу после этого мы принимаем решение, какой это будет поиск.

— Они чем-то отличаются?

— Это может быть информационный поиск — распространение информации по Сети и расклейка объявлений по району или городу. Кроме того, мы прозваниваем больницы. Ищем свидетелей. А, можем, решить, что нужен активный выезд. Мы собираем всю необходимую информацию и начинаем формировать бригаду. Назначаем координатора, который управляет поиском; распечатываем карту местности; формируется отряд и едем. Разбиваем на месте штаб и начинаем прочёсывать местность.

«Лиса» – группа добровольцев от двух до пяти человек, которые прочёсывают местность и держатся одной командой. На поиски одновременно выходят сразу несколько «лис».

— В общем, сначала всё же в полицию?

— Лучше одновременно: позвонить им и потом сразу же нам. Но это не касается «лесных заявок». Если человек заблудился в лесу, то мы без всяких заявлений в МВД его будем искать.

— Что делать людям, пока полиция принимает заявление, а вы формируете бригаду?

— В первую очередь беречь заряд батарейки мобильника у того, кто потерялся. Очень часто родственники начинают звонить и долго успокаивать заблудившегося. Особенно когда люди теряются в лесу.

— Стоит не болтать, а сказать: «Выключи на час телефон, через час с тобой свяжутся»?

— Да. У нас есть специальные люди, которые могут вывести человека из самого глухого леса по телефону. Их всего несколько в России. Несмотря на то, что их нет в Ярославле, они готовы делать это на расстоянии. Они — профессионалы этого дела, и у них есть большой опыт.

— Пеленгуете по соте?

— Нет. Этот человек сидит с картами и хорошо знает алгоритм действий. Он спрашивает: «откуда вышел?», «как шёл?», «что видит?» и так далее. Собрав всю информацию, он может понять, где примерно человек находится. Во-первых, он может сориентировать заблудившегося как выйти самому, а, во-вторых, сможет поисковой бригаде дать более точную информацию для работы на месте.

— Получается, если я заблужусь, то могу и не ждать, пока меня хватятся, а сам вам позвонить и попросить: «Ребят, помогите мне выйти»?

— Конечно. И в Москве уже люди так делают. В Ярославской области, к сожалению, ещё мало кто об этом знает. Если нужно, то мы и в МЧС передаём эту информацию.

В ярославское отделение «Лизы Алерт» уже поступило 76 заявок на поиск людей. 52 человека нашли живыми, 13 — погибшими и 11 — найти не удалось.

— А, если наоборот, я встречу человека, который заблудился. Я могу к вам за помощью обратиться?

— Само собой. Мы это так и называем — «обратный поиск». Часто люди, особенно пожилого возраста», попросту забывают где они живут и куда им идти.

— Про вашу работу показывал Звягинцев в фильме «Нелюбовь». Насколько работа волонтёров в кино похожа на то, что происходит в реальности?

— Мне кажется, что фильм полностью передал атмосферу. Примерно так это и происходит. Никто не получает денег. У всех семья, работа, свои заботы. Но, когда приходишь в отряд и понимаешь, что именно ты даёшь потерявшемуся человеку шанс на жизнь, ты меняешься. Это затягивает.

— С чего начался поисковый отряд «Лиза Алерт»?

— До 2016 года я вообще не знала, что есть такая проблема, когда люди пропадают. Тогда я увидела ориентировку на пропавшего Антона Кислого. Я обратила внимание на то, что он из Тутаева, а я сама родом оттуда. Мне стало интересно, как это так — человек приехал на учёбу и пропал. Я написала маме Антона, что могу помогать ей репостами по Сети. Потом я стала ездить и расклеивать ориентировки на улицах. Потом я узнала, что у нас уже есть довольно крупный отряд «ЯрСпас» и есть «Партизан». Там народу много и я решила, что не обязательно вступать в эти отряды, если хочу кому-то помочь. Там без меня помощников хватало. Я просто стала помогать. Уже потом я узнала про «Лизу Алерт» и поняла, что у них нет своих представителей в Ярославле.

— Почему именно «Лиза Алерт»?

— Мне понравилось, как они работают. Самое главное то, что они не собирают никакие деньги. Здесь у людей задача — искать.

— А с чего вообще всё началось? Там же какая-то душераздирающая история произошла.

— Это случилось ещё в сентябре 2010 году. В Подмосковье пропала пятилетняя девочка Лиза Фомкина. Она со своей тётей пошла в лес на прогулку. Женщина страдала потерей памяти. Тогда в Наро-Фоминске был день города, и на поиск девочки не было нарядов. Искать стали сами родственники. По интернету стала стремительно распространяться информация, что требуются на помощь добровольцы. В итоге откликнулись около 500 человек. Лизу нашли на девятый день после пропажи. Она была мёртвой. После экспертиза показала, что на восьмые сутки она была ещё жива. Получается, что если бы её стали искать чуть раньше, то всё бы не закончилось трагедией.

— А в Ярославле ведь был похожий случай...

— Это история про 12-летнего Мишу Коряжкина, который пропал 30 апреля. Мальчик был инвалидом — он почти не разговаривал. Я 2 мая увидела объявление о его пропаже и позвонила в тот отряд, который распространял информацию. Мне там сказали, что выезда не будет. Мишу тоже стали искать родственники. Я до них дозвонилась, а там бабушка плачет: «Пожалуйста, хоть кто-нибудь приедте». Мы тут же выехали в Некоузский район

на поиск. Подключили москвичей с вертолётом и хорошим оборудованием. Приехали и ребята из других отрядов. Всю ночь мы прочёсывали местность. К утру приехали ещё люди — около 50 машин. Мишу нашли. Но мёртвым. Он пять километров шёл через болота, тащил за собой велосипед. Умер от переохлаждения.

Оказалось, что его не очень искали, потому что были майские праздники. А в нескольких десятках километров в праздники летал вертолёт. И его даже никто не подключил к поискам. Мы потеряли время, в итоге погиб мальчик.

— Откуда вы берёте оборудование и инвентарь? Это же всё стоит кучу денег.

— В первую очередь, это наши волонтёры. Кто-то подушки приносит, кто-то — термос... Потом, это разные фирмы. Одна недавно нам вот вездеход подарила. Сигнальные яркие жилетки тоже нам привезли. Они нам очень нужны. Когда наши ребята выходят, например, в лес, они помогают им видеть друг друга. В общем, всё из разных мест.

— Что вам сейчас ещё требуется?

— Нам нужно довольно дорогое оборудование. Генератор нужен, навигаторы. Да много чего. Даже представить невозможно, что может пригодиться. Рюкзаки; термосы; бумага для принтера, чтобы печатать карты; газовая горелка; средства от клещей... Недавно нам подарили фонарики хорошие, котелки и коробку с сухпайками.

— Людей-то хватает?

— Наш актив — это 30 человек. Это ребята, которые постоянно принимают участие в жизни отряда. Кто-то ходит по детским садам и школам и рассказывает, что делать, чтобы не заблудиться, а также как быть, если ты уже потерялся, в лесу, в городе, в торговом центре. Но в целом нас намного больше. Я даже не могу сказать сколько точно. Постоянно принимают участие в поисках человек, наверное, 90. Потихоньку нас становится больше.

— И сколько человек готовы в любой момент бросить все дела и выехать на поиски?

— А их намного больше. Причём кто-то реагирует молниеносно, другие — разгребают свои дела и присоединяются чуть позже. Могут ведь выехать люди не только из Ярославля. Но и из Углича, из Рыбинска.

— Как попасть к вам в отряд и кого берёте?

— Берём всех! Но только с 18 лет. В этом деле лишних людей не бывает. Я не говорю только о тех, кто готов ездить на поиски людей. Нужны и те, кто готов распространять информацию по интернету. И даже, может, кто-то готов делать бутерброды для ребят, которые срываются с работы и едут, например, в лес. Мужчин и девушек у нас примерно поровну. Попасть к нам легко — нужно только заполнить анкету.

 Фото Александры Савельевой, Лизы Алерт и текст предоставлены ООО «Ругион Медиа»

Ярославльволонтерыновости

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Комментарии: