МИН
-

Глава 8. Главный трофей Руслана Салея

Его именем хотят назвать одну из улиц или центральных спортивных арен Минска, в его честь учрежден международный турнир. Он был национальным героем Белоруссии, но свой последний приют нашел на Ярославской земле.

Справка «Ярославского Региона»

Родился 2 ноября 1974 года в Минске. В 7 лет начал заниматься хоккеем в местной СДЮШОР-12, а в шестом классе перешел в хоккейную школу «Юность». Выступал за клубы «Прогресс-ШВСМ» (Гродно), «Динамо» (Минск) и «Тивали» (Минск). В 1995 году на чемпионате мира в группе «С» был пойман на допинге. В течение полугода Салею запретили выступать за европейские клубы. В том же году Руслан уехал в Соединенные Штаты, где начал играть за клуб Интернациональной хоккейной лиги «Лас-Вегас Тандер». Летом 1996 года защитник был выбран клубом «Анахайм Майти Дакс» в первом раунде драфта под общим 9-м номером, а 15 августа подписал с «утками» трехлетний контракт. Во время локаутного сезона 2004 – 2005 годов в НХЛ перебрался в Россию, где выступал за казанский «Ак Барс», однако дальше 1/8 финала клуб из столицы Татарстана в розыгрыше плей-офф пройти не сумел, так как был выбит из борьбы ярославским «Локомотивом». В 2005 году вновь вернулся в НХЛ, где провел еще один сезон за «уток», после чего перешел в клуб «Флорида Пантерс». 26 февраля 2008 года Салей был обменян из «Флориды» в «Колорадо» на защитника Карлиса Скрастиньша и право выбора в третьем раунде драфта. Последний свой сезон в НХЛ Руслан провел в клубе «Детройт Ред Уингз», в который перешел в статусе неограниченно свободного агента 9 августа 2010 года. В июле 2011 года подписал однолетний контракт с ярославским «Локомотивом», однако ни одного официального матча за «железнодорожников» так и не провел. Руслан Салей – финалист Кубка Стэнли (2003), обладатель Приза Кларенса Кэмпбелла (2003), победитель чемпионата мира в группе «В» (2004), трехкратный чемпион Белоруссии (1993, 1994, 1995), дважды лучший хоккеист Белоруссии (2003, 2004), третий призер Большого приза Санкт-Петербурга (1993), участник трех Олимпийских игр (1998, 2002, 2010). В «Локомотиве» должен был выступать в свитере с номером 24. Под тем же номером Руслан Салей выступал и за национальную сборную Белоруссии, которая после гибели хоккеиста навсегда закрепила за ним этот номер.

Переход звездного белоруса Руслана Салея под стяги ярославского «Локомотива» в прошедшее межсезонье стал настоящей сенсацией для всего хоккейного мира. В Белоруссии давно ждали возвращения Руслана на родину. Думали, что если хоккеист устанет от НХЛ и захочет поиграть в КХЛ, то непременно выберет для этого минское «Динамо». Но Салей в очередной раз всех удивил, предпочтя не «зубров», а «железнодорожников».

В хоккее Руслан оказался случайно. Он был младшим ребенком в семье: брат Вадим старше на 12 лет, а сестра Анжела – на 10 лет. Видимо, потому, что окружали его взрослые и рассудительные люди, Руслик и сам пытался казаться старше своих лет. Поэтому и не был похож на своих озорных сверстников. Тихий, послушный, немного замкнутый в себе мальчик.

– Руслан как-то сам по себе взрослел, – вспоминает мама Руслана Тамара Гавриловна. – Даже учительница говорила мне: «Удивляюсь взрослости вашего сына. Такое впечатление, что он не в 1-м классе учится, а в 3-м или 4-м». И даже мои старшие дети всегда советовались с Русланом насчет каких-то покупок, в которых он знал толк. Он всегда откладывал деньги в свою копилку-грибок и покупал только дорогие игрушки, сегодня с ними наши внуки играют. Руслан был таким аккуратным!

– Брат вообще рано стал самостоятельным. Мне кажется, он родился уже таким, – рассказывает Анжела. – Я на десять лет старше, поэтому была его главной нянькой. Это, кстати, я ему имя дала, родители хотели назвать Сергеем или Сашей. А я уперлась: Руслан – и все. Ему подходило это имя. Таких детей мало, каким был Руслан. Он мог часами играть сам, никого не беспокоя, его было не видно и не слышно. Он боялся темноты и поэтому спал с мамой, очень к ней был привязан. Но никаких скандалов никогда не закатывал, никаких истерик. Ему, наверное, исполнилось годика четыре, когда он заболел болезнью Боткина и попал в инфекционную больницу. Без мамы. Так он, бедненький, высовывал пальчик в дырочку, чтобы мама хоть пальчик потрогала.

Маленький Руслан в свои планы не любил посвящать никого. И первый свой жизненный выбор сделал самостоятельно – в 1-м классе записался в секцию картинга. Увлечение сына не слишком-то обрадовало родителей, ведь Руслану нужно было ездить на тренировки на другой конец города, а возвращаться домой уже затемно. Чтобы не заставлять родителей лишний раз волноваться, Руслан решил завязать с картингом и записался в хоккейную школу, которая находилась намного ближе к дому.

– Он выбирал между футболом и хоккеем, – продолжает свой рассказ Анжела. – Остановился на хоккее, потому что там требовалась большая сумка для многих вещей: и шлема, и коньков, и формы, и клюшки. Это ж для ребенка такие игрушки! И, что удивительно, мы с Вадимом (старший брат) перезанимались всеми на свете видами спорта, но нас надолго ни на что не хватало. А он хоккей выбрал – и все. В семь утра уже стоял на остановке с огромным баулом. У нас тогда не было машины, чтобы его возить. Он ездил на тренировки сам, и никто ни разу не услышал от него: «Я спать хочу, я не поеду». Либо это свыше было дано, либо характер такой. По три тренировки в день без выходных.

– Руслан очень увлекся хоккеем, шел заниматься всегда с удовольствием и ни одной тренировки не пропускал, – вспоминает Тамара Гавриловна. – В 12 лет его уже перевели в спецкласс. Уходил он из дома в 6 часов утра, а приходил в 8 вечера выжатый как лимон, но никогда не жаловался. Соседи удивлялись его настойчивости, я пробовала отговаривать: «Тяжело. Может, бросишь?» – «Нет, – говорит, – не брошу!»

В отличие от большинства мальчишек, занимавшихся вместе с ним, Руслан почему-то никогда не хотел быть нападающим. Он сразу выбрал для себя позицию защитника. Уже тогда не страшился силовой борьбы, стремился оказаться в самой гуще событий и, если что, не боялся броситься под шайбу. Самоотверженного мальчугана быстро заприметили тренеры гремевшей тогда на весь Союз минской школы «Юность» и пригласили к себе. Однако поиграть в чемпионате Советского Союза защитнику так и не довелось. В состав минского «Динамо» 1990 и 1991 годов в силу своей молодости он не прошел, а вскоре чемпионата СССР не стало и вовсе, как и самой Страны Советов, приказавшей в 1991 году долго жить.

Салею пришлось совершенствовать свое мастерство сначала в гродненском «Прогрессе-ШВСМ», а потом в столичном клубе «Тивали». 24 августа 1993 года защитник дебютировал в составе национальной сборной. Для белорусской сборной то были не самые легкие времена. После распада СССР его правопреемницей на международной хоккейной арене выступила Россия. Белоруссии же пришлось пробиваться в хоккейную элиту с самых низов. Помогал ей в этом и Руслан. Карьера талантливого игрока стремительно набирала обороты. На Салея положили глаз солидные российские клубы, но, как это часто бывает в жизни, в размеренный ход событий вмешался случай. Весной 1995 года сборная Белоруссии выиграла в Болгарии чемпионат мира в группе «C» и завоевала право участвовать в следующем году в турнире рангом выше. Однако триумф был омрачен неприятным эпизодом. Через три месяца после окончания турнира из Международной федерации хоккея пришло шокирующее известие: в допинг-пробе белорусского защитника Салея обнаружен запрещенный препарат – эфедрин.

– Сын очень готовился к поездке на чемпионат мира в Болгарию, но ровно за неделю случилось то, чего никто не ожидал. У Руслана поднялась температура до 40 градусов, доктор поставил диагноз – ангина. «Мама, мне выпал такой шанс поиграть первый раз. Будет ли еще такое?» – говорил он мне. И доктор команды выписал Руслану всевозможные микстуры, сбивающие температуру. И сын полубольной-полуздоровый едет в Болгарию, где наша команда занимает первое место, но... У Руслана берут допинг-пробу, и он, что называется, «попадает». Позже выяснилось, что доктор выписал микстуру с содержанием эфедрина – препарата, который расширяет сосуды и входит в разряд запрещенных, – объясняет Тамара Гавриловна.

Сборной Белоруссии задним числом засчитали поражение 0:1, которое, впрочем, никак не повлияло на итоги первенства, а защитнику Салею запретили в течение полугода выступать за европейские команды. Но Руслан, не привыкший пасовать перед трудностями, нашел выход. Хоккеисту поступило приглашение из Северной Америки. Клуб Интернациональной хоккейной лиги «Лас-Вегас Тандер» предложил ему место в своем составе, и Руслан, не знавший ни английского языка, ни законов страны, в которую ехал, решился на отчаянный поступок.

– Для нас это был полный шок, даже стресс, – вспоминает Тамара Гавриловна. – Но сын сам сделал свой выбор, и мы, естественно, ему не перечили. Постепенно Руслан там обжился, присылал домой письма, статьи о себе, а через некоторое время его агентом стал известный Марк Гандлер, который и выставил в 1996 году сына на драфт, где ведущие клубы НХЛ покупают хоккеистов-новичков. И «Анахайм» выбрал Руслана уже в первом раунде. Для всех нас это была такая радость, что не передать словами! Хотя первый год пребывания в клубе Руслан вспоминал без особого восторга. Тренер, наверное, на дух не мог переносить экс-советских «легионеров», и единственного, кого выпускал на лед, так это россиянина Диму Миронова. Руслан же, если и выходил поиграть на 8 – 10 минут, уже было хорошо. «Сын, – успокаивала я, – не переживай. Наступит и твой час».

На новом месте Руслан быстро освоился, и Америка стала ему вторым домом. Для Национальной хоккейной лиги он тоже в конце концов стал своим. В Штатах у белоруса появилось множество друзей и поклонников. Там же к Руслану приклеилось его знаменитое прозвище – Расти.

– Это было в 1999 году, когда я вернулся в «Анахайм» из другого клуба НХЛ. Перед началом сезона проводился тренировочный лагерь, и мы с Русланом познакомились, когда ожидали своей смены на площадке, – рассказывает друг и партнер по команде «Анахайм Майти Дакс» Олег Твердовский. – Я не знал, как он выглядит, но, когда незнакомый парень заговорил со мной на русском языке, я понял, что это Салей. С тех пор мы стали довольно близкими друзьями и тесно общались даже тогда, когда играли в разных командах. Он был очень разноплановым человеком со своеобразным стилем общения. С одной стороны, казался жестким, особенно незнакомым с ним людям, возможно, даже немного угрюмым, но в то же время в нем было что-то по-доброму комичное, смешное. Такое сочетание очень редко можно встретить. Со стороны могло показаться, что он всегда всем недоволен, но люди, хорошо знавшие Руслана, с симпатией к нему относились и любили его недовольно-смешной стиль общения. Салей обладал великолепным чувством юмора, но всегда обставлял все так, что сложно было понять, шутит он или говорит серьезно. Даже разговаривая на английском, очень тонко передавал интонации своего стиля общения, поведения. Руслан всегда оставался естественным, поэтому не имело значения, кто перед ним – русский или американец. Его все уважали, он был человеком команды. Не могу припомнить, чтобы Руслана хоть кто-то недолюбливал, не говоря уж о большой личной неприязни.

Главной встречей в его жизни, безусловно, стало знакомство с будущей супругой Беттэнн, подарившей хоккеисту троих детей.

– Руслан был образцовым семьянином, настоящим защитником, скалой для своих родных и близких, – говорит его подруга Ольга Кашкан. – Несмотря на то что не была лично знакома с его американской семьей, я пересмотрела множество фотографий, которые он всегда возил с собой. Салей очень четко расставлял приоритеты: сначала семья, потом спорт. Для него было естественным присутствовать при рождении всех троих детей. Мы неоднократно разговаривали с ним на эту тему.

Руслан действительно видел рождение двух дочерей – Алексис и Авы и сына Алехандро.

«Трудно передать мои чувства. Я думаю, со мной согласится любой отец, особенно который присутствовал при родах. Это какая-то эйфория, чувство счастья, – делился своими ощущениями Руслан с белорусскими журналистами. – Видя все происходящее, ты не понимаешь, что происходит. Посмотреть на рождение ребенка, я считаю, должен каждый. Тем мужчинам, которые по каким-то причинам боятся увидеть рождение своего ребенка, я бы посоветовал все-таки попробовать. Это незабываемо и непередаваемо словами».

И еще: «Любой здравомыслящий человек скажет, что семья для него – самое главное. Потому что семья – это все, что есть и останется у человека. Это те, кто ждет его дома в любом настроении – хорошем, плохом, когда человек на подъеме и когда у него спад. Семья – это то, куда всегда возвращаются. Все остальное приходящее и уходящее».

Руслан мечтал больше времени посвящать воспитанию детей, но из-за напряженного графика матчей и постоянных переездов ему подолгу не удавалось видеться с родными. Со всеми домашними делами в одиночку вынуждена была справляться Беттэнн.

– Они были очень гармоничной парой, – рассказывает Анжела. – Руслан был эстет во всем, потому и выбрал себе красивую жену. Брак они зарегистрировали уже после рождения Алексис. Свадьбу не организовывали, провели только шикарную фотосессию. Брат привез диски, подарил нам. Он ведь даже не сказал, что женится. Поставил перед фактом. Когда семья появилась, он немножко от нас отдалился. Это понятно: у Руслана появилась другая точка приложения сил. Для него семья, дети были центром Вселенной. Он с их появлением мгновенно переключился на домашние заботы, стал таким образцово-показательным папой.

Руслану приходилось жить на два дома – калифорнийский, где жила супруга с детьми, и минский, где были мама, брат и сестра. В Белоруссии Руслан гостил каждое лето вместе со всей семьей. Он мог себе позволить иметь несколько домов в разных странах, благо зарплаты, которые платили в клубах НХЛ, ему это позволяли. Однако, несмотря на внушительные заработки, Руслан никогда не любил ими хвастаться, а тему денег всегда пытался обходить в беседах. Когда же от разговора уйти не удавалось, то он предпочитал отшучиваться.

«Да и нечем мне хвастаться, – признался Руслан однажды. – Я стараюсь вести такую жизнь, которая меня устраивает: селюсь в нормальном районе, в нормальном доме, езжу на нормальной машине».

– Руслан всегда знал себе цену, но звездной болезнью не страдал, – рассказывает Ольга Кашкан. – Говорил немного, но по существу, конкретно. Постоянно шутил. Любил в хорошем смысле этого слова подколоть собеседника.

Он мог позволить себе многое и, конечно, разрешал себе маленькие радости: любил хорошие автомобили, пройтись по магазинам, посидеть в хорошей компании и выпить дорогого вина или виски и выкурить отличную кубинскую сигару.

– Он с удовольствием играл в карты со своими друзьями – Олегом Твердовским, Сашей Фроловым. Бывало, Руслан сначала проигрывал – по 600, 800 долларов. Потом начинал всем наливать и обкуривать. Хорошие сигары он любил. К спиртному относился спокойно. Я пьяным его никогда не видел, – вспоминает главный тренер клуба «Юность-Минск» Михаил Захаров. – Меня он научил пить виски, которое раньше для меня что самогон было. Руслан привозил хорошие марки. Пытался научить меня и сигары курить кубинские. Но не пошло. Говорит: «Зря не куришь, очень хорошие». Виски сначала учил с соком пить. А потом и чистое заставлял. Мол, напитку лет 30, нельзя портить. Даже со льдом не разрешал. И отца научил пить виски.

– Руслан был гурманом! Это во многом благодаря его любимой жене, которая прекрасно готовит. С каким восторгом он рассказывал про ее фирменное картофельное пюре с различными овощными добавками, про ее борщи, тефтели! – рассказывает Ольга Кашкан. – Как-то в одном заведении ему принесли салат «Цезарь» с томатной заправкой, и он раскритиковал повара так, что блюдо оперативно переделали по оригинальному рецепту. Он любил заказать хороший кусок мяса и бокал вина, обожал карпаччо, всевозможные тартары, овощи-гриль, итальянскую пасту…

По окончании спортивной карьеры Руслан планировал открыть свой ресторан в Минске и заняться тренерской работой.

– Он мне рассказывал об этом однажды за шашлыками, – вспоминает тренер Михаил Захаров. – Говорит: «В 2014 году буду заканчивать. После Олимпиады тренером стану. Последний матч за минскую «Юность» сыграю». Я: «И как ты это планируешь?» – «Где будем играть, там и сыграю. В чемпионате Белоруссии – так там и сыграю. Выйдем с тобой на две смены. Сколько ж тебе лет будет?» И смеется. Я в шоке был. Если б «Юность» была в КХЛ, он однозначно стал бы ее тренером. В Америке он им быть не хотел. Мечтал именно о Минске.

Перед завершением карьеры Руслану непременно хотелось выиграть хотя бы один крупный трофей. В свое время в НХЛ с «Анахаймом» ему не хватило самой малости, чтобы стать обладателем Кубка Стэнли. «Утки» дошли до финала, но не смогли переиграть «Нью-Джерси». Потеряв надежду добраться до заветного кубка с «Анахаймом», в 2006 году Салей перешел в клуб «Флорида Пантерс». «Утки» же через год выиграли Кубок Стэнли, но сделали уже это без Руслана.

– Конечно, многие хоккеисты не достигли того, чего достиг Руслан. Он никогда не был талантлив, никогда. А сыграл 912 матчей в НХЛ. Очень сомневаюсь, что когда-нибудь другой белорусский хоккеист сможет это повторить. Он всего добился через каторжный труд, правильное отношение к работе и к себе, – говорит тренер Михаил Захаров. – Но он всегда сожалел, что не смог выиграть Кубок Стэнли. Я говорил ему: «Умный парень, но в тот год ты такую глупость сделал, не угадал! Надо было за любые деньги в клубе оставаться». Он соглашался. Ошибся он тогда с уходом из «Анахайма». И переживал сильно.

Но раз уж не удалось выиграть трофей в Америке, то должно было получиться в России, считал Руслан. Поэтому и отправился в КХЛ добывать Кубок Гагарина.

– Он хотел выигрывать, поэтому и выбрал Ярославль, – уверен Захаров. – Там команда хорошая, условия, маркетинг отличный. Все здорово. «Локомотив» – одна из лучших команд по отношению к хоккеистам. Конечно, он хотел бы играть в Минске. Был разговор о «Динамо». Не хочу обсуждать это… Знаю одно: если бы «Юность-Минск» вошла в КХЛ, то мы бы с ним договорились.

– У Руслана была мечта сыграть 1000 матчей в НХЛ. Он отказался от нее. Руслан хотел выиграть Кубок Стэнли. Ни с «Анахаймом», ни с «Детройтом» у него это не получилось. Он переехал в КХЛ, чтобы выиграть Кубок Гагарина, – говорит журналист Сергей Оленхович. – Знаете, когда у Руслана родился сын Алехандро, в тот год он перешел из «Анахайма» во «Флориду». «Анахайм» выиграл Кубок Стэнли. Руслан сказал мне тогда: «Свой кубок в этом году я завоевал!» Для Руслана семья была самым важным в жизни. Возможно, именно заботясь о благополучии своей семьи, он выбрал вариант продолжения карьеры в «Локомотиве»...

Первый матч «Локомотива» в новом сезоне по иронии судьбы должен был пройти в родном для Руслана Минске.

«Я точно уверен, что, выходя на лед в Минске, буду очень волноваться и бороться со своими чувствами», – сказал Салей в своем последнем интервью.

<Предыдущая глава> <Следующая глава>

Конституция

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp