Главное:
Золотой колос
-

О чём рассказал дом у Никольской башни

У нас ещё будет случай познакомить читателей с ним подробнее. Сегодня наш рассказ о почти уже опустевшем доме на Которосльной набережной, 6. Мальчишки, мечтающие о море, собирались в нём в течение более чем сорока лет. А что там было до того? Когда он построен? Кто в нём жил? Всем, что удалось узнать, и хочется поделиться. Ведь этот дом – один из тех, что стоят в самой древней части города, на территории бывшего кремля.

Аккуратный особнячок крепко врос в землю буквально в нескольких метрах от церк­ви Николы Рубленый город. Обратим на это внимание: храм стоит на месте известной вплоть до XVII века Никольской башни кремля, башня была с надвратной церковью, и, как считают историки, скорее всего, именно из этих ворот выезжали из кремля в Москву.

Кто мог жить рядом с башней и было ли вообще здесь какое-либо строение – такими данными наука не располагает. Как нет в распоряжении специалистов и каких-либо документов, относящихся к самой ранней истории дома, что сейчас перед нами. Ни автор его, ни строитель неизвестны, нет и точной даты постройки. В конце 1980-х годов архитектор Виктор Фёдорович Маров установил, что на плане города 1834 года этот дом, во всяком случае, уже обозначен. И кроме того, что во второй половине того же XIX века он был капитально перестроен – именно тогда со двора появилась пристройка, значительно расширившая площадь внутренних помещений и до сих пор составляющая с основным домом единое целое. Кто именно заказывал эту пристройку, тоже неизвестно.

Дом со всеми своими тайнами всегда интересовал ярославских специалистов. В 1993 году творческий коллектив в составе архитектора Натальи Гаевой, историка Натальи Землянской, искусствоведа И. В. Ивановой, фотографа Виталия Котова провёл под руковод­ством архитектора Олега Береснева новые исследования. Были обнаружены ранее не публиковавшиеся документы и факты. Не сказать, что слишком давние, зато в одном из них впервые в истории этого строения нашлось имя человека, а за ним и других людей, с особнячком связанных: в 1877 году домовладение, как было указано, принадлежало некоему мещанину Григорию Ва­сильевичу Голодухину. От него через год оно перешло к П. А. Введенскому. Тот, видимо, находился уже в почтенном возрасте: через десять лет по составленному им духовному завещанию хозяевами домовладения становятся его супруга Матрёна Фавотовна Введен­ская и её дети Наталья и Елизавета. В замужестве – Наталья Павловна Ширяева и Елизавета Павловна Полтенко.

Но время шло, и по раз­дельному акту 1909 года единственной владелицей стала Н. П. Ширяева, как говорится в документе, «жена присяжного поверенного, впоследствии профессора Демидовского лицея».

Упоминание о муже Натальи Павловны для редакции нашего «Северного края» особенно интересно. Дело в том, что Валериан Николаевич Ширяев одновременно с преподаванием в Демидовском и адвокатской практикой был сотрудником «Северного края» тех лет. Мы даже знаем, как он выглядел. Сохранилась фотография – на снимке 1903 года, запечатлевшем состав редакции, Валериан Николаевич сидит в кресле крайний справа (см. фото на 3-й стр.).

Кое-какие подробности о нём содержатся в книге Ю. Ю. Иерусалимского и Р. А. Невиницына «Становление либеральной печати в конце XIX – начале ХХ веков», вышедшей в Ярославле в 2008 году. В. Н. Ширяев (1872 – 1937), говорится в ней, выступал на страницах «Северного» со статьями на юридические темы, публиковал рецензии на статьи и книги по законодательству. Редакция использовала его знания иностранных языков: в газете можно найти подготовленные им публикации о наиболее заметных событиях политической жизни Запада, а в 1904 году, с началом русско-японской войны, руководство редакции назначило Ширяева ведущим раздела «Иностранные известия» и ответственным за новую рубрику «Война», формируемую из переводных сообщений европейских и американских газет. Валериан Николаевич входил в состав редакционного собрания, был членом товарищества пайщиков (совладельцев газеты).

Стоит обратить внимание на дату его смерти – 1937 год. Он умер ещё не очень старым человеком, шестидесяти пяти лет – при каких обстоятель­ствах, мы не знаем, в такое время, как известно, могло быть всякое. Наталья Павловна Ширяева оставалась владелицей дома вплоть до его национализации в 1919 году.

Несколько слов о соседях.

В одном из описаний домовладения Ширяевых сказано: «Сад есть, но на арендованной земле городского общества и соседа Мартынова», служившего, оказывается, «приказчиком у Пастухова». Империя Пастухова была поистине необъятной, в её орбиту были вовлечены сотни, если не тысячи, жителей Ярославля.

Ещё одними соседями Ширяевых были Карпычевы. Их дом № 2/3 по Которосльной набережной сохранился до сих пор. Во времена, когда Валериан Николаевич преподавал в Демидовском юридическом лицее и работал в «Северном крае», глава этой семьи купец Дмитрий Александрович Карпычев уже нажил свой миллион. По мнению некоторых историков, даже полтора миллиона. Бывший крепостной из села Бурмакина разбогател на снабжении железным и медным товаром своих и чужих лавок в Москве, Петербурге, Риге, Сибири, не говоря уже о Ярославле. Более половины кустарей-кузнецов Бурмакинской волости работали на Карпычева. Он и Пастухов были крупнейшими здешними скупщиками – мне приходилось о нём писать.

Империя Дмитрия Александровича Карпычева, как и пастуховская, рухнула после революции. Интересно, что его внучка Прасковья в 1920-е годы работала корректором в газете «Северный рабочий», пришедшей на смену дореволюционному «Северному краю».

Но вернёмся к интересующему нас дому, более четырёх десятилетий верно служившему флотилии юных моряков. За свою жизнь он, конечно, порядком поистрепался. В прошлом году к 1000-летию города фасады отремонтировали, внешне он выглядит вполне достойно, в остальном от былого великолепия остались разве что внушительной толщины наружные стены (до 800 мм) и огромный подвал с сохранившимися в одном месте сводами – высота его от 1,85 до 2,5 метра, как в полногабаритной квартире.

Подвал систематически затапливается водой, по признанию директора детского морского центра Павла Владимировича Сопетина, в этом году весь июнь воду из него качали насосами круглосуточно. А учебные классы, после того как в связи с переездом с них сняли фотографии, таблицы, картины и прочую «наглядную агитацию», предстали во всей своей печальной нищете. Впрочем, что теперь говорить! Капитального ремонта здесь, видимо, не знали за всё время пребывания дома в образовательном ведомстве, зато теперь от него же такой подарок – переезд на новое место.

Детская флотилия организована в марте 1968 года, Сопетин хранит первые документы, связанные с её основанием. Кроме помещения она тогда получила корабль «Ушаковец» – он служит ей до сих пор. Позже появилась «Заря» – сторожевой охотник за подводными лодками, поступивший с Северного флота. Он принимал на борт сразу 50 юных моряков. Был «Вавилов» – во флотилии он не прижился, новые хозяева из соседнего ресторана превратили его в прогулочный. Есть несколько шлюпок и яхт.

Интересная история связана с пограничным сторожевым кораблём «Зарница». Рассказывают, что это была не какая-нибудь списанная за выслугу лет посудина, а вполне современный военный корабль с тремя дизелями по 5 тысяч лошадиных сил каждый. К сожалению, он так и простоял у стенки: не нашлось механика, который мог бы ими управлять. Использовался он как учебный, ребятам показывали его оборудование, приборы: вот локатор, вот гидролокатор, вот автоматический локатор курса – они знали о них и о многом другом теперь не понаслышке. Тогдашний директор флотилии Александр Алексеевич Чернышёв признаётся:

– Сколько порогов я тогда оббил, доказывая, что «Зар­ница» вполне может выйти в плавание. Не надо запускать все три дизеля, достаточно будет одного. Нет, твердили мне, вдруг вы всё-таки дадите жару всеми тремя – ведь тогда Волга выйдет из берегов!

В недоброй памяти 1990 году корабль «Зарница» был разрезан и сдан на металлолом в Череповец.

В 2000 году специально для флотилии на Ярослав­ском судостроительном заводе был построен новый корабль – «Ярославич». Торжественная передача его юным морякам превратилась в настоящий праздник, с тех пор он полностью оправдывает все слова, сказанные в тот день в его адрес. Все более или менее продолжительные речные походы совершаются сейчас на нём. Под руководством, конечно, настоящих моряков, из которых состоит педагогический коллектив флотилии.

Характерен жизненный путь, пройденный одним из них, уже упомянутым Александром Алексеевичем Чернышёвым. Он капитан третьего ранга, прослужил 25 лет в морских частях Пограничных войск на Балтике. Начинал в 1956 году в Рыбинске – рулевым на местном теплоходике «Стремительный». Окончил Калининградское пограничное военное училище, честно отслужил, вернулся в родные края и в 1982 году стал директором флотилии.

– Только я лично выпустил отсюда на моря 76 капитанов, – гордится он.

Вместе с ним в числе педагогов флотилии бывший подводник мичман Николай Фёдорович Дементьев. Подводник капитан третьего ранга Валерий Васильевич Морозов – в тот день он оказался в походе с ребятами. Один из старейших преподавателей – судовой механик Василий Никитич Поздняков и другие. А подопечных у них каждый год – и в этот год тоже – больше 500 человек.

Расставаясь со старым домом на Которосльной набережной, флотилия оставит свои корабли и шлюпки на прежнем месте – на Которосли, у собственного стояночного судна (дебаркадера). На Волгу им нельзя: раздавит льдами. А вот огромный, в рост человека, «адмиралтейский» якорь, выкованный в начале 1900-х годов и стоящий у входа, увезёт с собой. В самом прямом смысле слов флотилия бросает якорь на новом месте. Пусть ей сопутствует удача!

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp