Главное:
75 лет со дня прорыва блокады: Ярославская область приютила тысячи изможденных жителей

75 лет со дня прорыва блокады: Ярославская область приютила тысячи изможденных жителей

75 лет назад, в январе 1943 года, в ходе наступательной операции «Искра» была прорвана блокада Ленинграда, и Ярославская область вновь приютила тысячи изможденных жителей легендарного города.

Слово и дело Нины Дмитриевны

Первыми беженцами, вырвавшимися из блокадного ада, были дети-сироты – именно их ленинградцы старались спасти от неминуемой смерти раньше всех. Пятилетнюю Нину Алейникову (впоследствии Лаврову) и других детдомовцев вывозили по льду Ладожского озера в апреле 1942 года, когда колеса машин уже тонули в воде.

– Мы с мамой гостили у бабушки в пригороде Ленинграда перед самой войной, – вспоминает блокадница, которой пошел 82-й год. – Я тогда не знала смысла этого страшного слова, но видела толпы людей с вещами, все они спешили в город. Мы успели прийти домой до начала немецкого окружения, но папу уже не застали, он ушел на фронт.

Девочка еще не знала, какая трагическая судьба уготована ее семье и всем жителям трехмиллионного города. В конце августа 1941-го отборные войска вермахта стояли в 20 километрах от Ленинграда. Против нашей страны выступила практически вся Европа, страны которой помогали фашистской Германии продовольствием, вооружением и живой силой. Гитлер хотел стереть город с лица земли, и армия с немецкой педантичностью обстреливала и бомбила квартал за кварталом.

– Помню большой дом с аркой в Выборгском районе, там я любила сидеть на подоконнике и часто просила маму посадить меня на него, – вновь углубляется в детские воспоминания Нина Дмитриевна. – Однажды перед началом очередного обстрела неловко повернулась и локтем разбила стекло. Испугалась – думала, будут ругать. Тут во дворе завыла сирена, и мы убежали в бомбоубежище, а когда вернулись, в окне не было ни одного целого стекла, все оказались выбиты взрывной волной.

В сентябре обстрелы и бомбежки значительно усилились, спускаться в бомбоубежище приходилось несколько раз днем и ночью. В подвале стояли двухъярусные деревянные нары, мать подсаживала дочь на верхнюю полку, и та сидела под потолком, разглядывая сверху людей в тусклом свете мигающей лампочки. Народу набивалось много, кто-то сидел, кто-то стоял. В бомбоубежище спускались до тех пор, пока хватало сил.

Перед войной Ленинград, не имевший больших запасов продовольствия, питался с колес. Когда к населению добавилось большое количество беженцев, хлынувших из соседних городов и поселков, в окруженном со всех сторон городе начался голод. Уже в сентябре от нехватки пищи здесь ежедневно погибали до двух тысяч человек. В середине февраля 1942 года от истощения умерла мать Нины. Девочке повезло – ее в тот же день отвели в городской детский дом для сирот, а спустя два месяца переправили по «Дороге жизни» на Большую землю.

В Ярославской области юная блокадница, подрастая, сменила четыре детских дома. Условия жизни во всех из них были спартанскими, и не случайно Нина стала хорошей спортсменкой, успешно выступала на всесоюзных соревнованиях по легкой атлетике. Спорт помогал и в работе – она по-ударному трудилась на стройках, моторном заводе и двадцать лет своей жизни отдала Ярославскому радиозаводу.

Сегодня Лаврова – бессменный председатель общественной организации «Жители блокадного Ленинграда» по Дзержинскому району. Она почетный гражданин города Ярославля, да и в области ее знают как стойкого борца за правду и справедливость. Многим блокадникам и ветеранам она помогла получить жилье по президентской программе, улучшить бытовые условия. Однажды взялась защищать интересы одного из них в, казалось бы, проигрышном деле и решила вопрос положительно, сказав судье всего-то несколько слов.

– Меня потом спрашивали, что же я такого сказала, – прячет улыбку за суровыми чертами лица Нина Дмитриевна. – Ничего особенного, отвечаю, я много не говорю, но если скажу, то все по делу.

Из поколения детей войны

Коренному ярославцу Виталию Жемчужникову скоро исполнится 85 лет, и бывший водитель‑испытатель автозавода по праву считает себя представителем поколения детей войны. Его память сохранила детские впечатления от встреч со своими сверстниками из города на Неве: голодных, худых, с испуганными лицами.

– Ребят разместили в приюте для сирот в Норском, недалеко был дом нашей бабушки, к которой мы часто ходили из города в гости, – вспоминает Виталий Николаевич. – Меня тогда поразило, что все приезжие были в одинаковой одежде, а главное, никто из них не умел улыбаться. Они жались друг к другу, неохотно рассказывали, откуда приехали. И только спустя какое‑то время ожили, стали веселее и разговорчивее.

Еще за год до приезда блокадников Жемчужниковы получили с фронта похоронку о гибели отца. Мать, Анастасия Ивановна, осталась одна с тремя малолетними детьми, и чтобы их прокормить, работала в трамвайном парке вагоновожатой. Война уже приближалась к концу, когда у разъезда трамвайных путей на улице Свободы у дома, где проживала семья, появились два новеньких трамвая с надписями на бортах «Ярославцам от трудящихся города Ленина». Так полуголодные ленинградцы почти сразу после окончательного прорыва блокады в 1944 году благодарили жителей города на Волге за спасение тысяч эвакуированных детей.

Линии судьбы не раз приводили Виталия Жемчужникова в легендарный город на Неве. В армии он служил в автомобильной части в Красном Селе, откуда часто выезжал в Ленинград на «козлике» – так называли водители небольшой автомобиль ГАЗ‑67. Отцы‑командиры старались показать своим подчиненным достопримечательности Северной столицы, и во время службы ярославец сумел побывать в Эрмитаже и Петропавловской крепости, театре имени Пушкина, артмузее и даже на спектакле театра оперетты.

После армии Виталий Николаевич работал в экспериментальном цехе Ярославского автозавода водителем‑испытателем моторов и однажды во время автопробега вновь оказался в Ленинграде. Зашел с напарником в продуктовый магазин, занял очередь и, взглянув на витрину с товарами, громко произнес, что в Ярославле на прилавках такого изобилия нет. Толпа тут же расступилась и пропустила вперед гостей города.

– Когда я вспоминаю об этом случае, у меня до сих пор перехватывает дыхание, – признается Жемчужников. – Так поступить могли только люди, пережившие ад блокады и не понаслышке знающие, сколько ленинградских детей приютили и спасли ярославцы в годы войны.

Ярославльблокада

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp
Новости на нашем
канале в Viber
Новости на нашем
канале в Viber

Предложить новость