Не копировать, а задавать тренды

Продукция этого ярославского предприятия чаще всего упоминается со словом «самый». В группе компаний «Паритет» умеют делать дело так, чтобы о них говорили не только в России, но и по всему миру.

Как ярославская верфь завоевала рынки от Флориды до Магелланова пролива и как удается справляться с вызовами меняющейся реальности – об этом наш разговор с соучредителем ГК «Паритет» Александром Лукьяновым.

– Александр Борисович, особая гордость вашего предприятия – это скоростные суда со стеклянным дном. Да не простым, а с самым большим панорамным стеклом в мире. Как удается удерживать этот мировой рекорд?

– Да, уже больше двадцати лет этот рекорд остается за нами. В свое время мы предложили мировому туристическому рынку действительно уникальный продукт – скоростное и при этом абсолютно комфортное судно для наблюдения за подводным миром.

В чем была главная технологическая сложность? Во всем мире лодки со стеклянным дном всегда были тихоходными. И делалось это исключительно из соображений безопасности. Когда судно идет на большой скорости, нагрузки на корпус колоссальные, а обычное стекло – материал хрупкий. К тому же стандартные плоские стекла сильно ограничивают и искажают обзор.

Мы пошли другим путем. Наши специалисты разработали уникальное сверхпрочное стекло размером два на три метра и… изогнули его. Получилась гигантская линза, как в очках, которая полностью исключает оптические искажения под водой.

– И из чего сделана эта чудо-линза?

– Секрет в том, что наше «стекло» – это вовсе не стекло. Мы создали собственную, очень сложную технологию изготовления гигантских линз из сверхпрочного модифицированного полиметилакрилата. Повторить ее в мире пока никто не смог.

В итоге наши заказчики получили судно «три в одном»: огромный иллюминатор без переплетов, панорамный обзор и высокую скорость. Скорость критически важна для морского туризма. Она позволяет быстро выйти из порта в зону активной морской жизни. Туристы видят не бутафорские амфоры и пластиковых рыб, чем зачастую грешат некоторые недобросовестные туроператоры, а настоящую, дикую фауну океана.

Мы попали в яблочко. Спрос был сумасшедший: мы продали больше ста таких судов по всему миру. Наша техника работает на Гавайских островах, во Флориде, на Карибах и т.д.

– Новые экономические реалии и санкции как-то скорректировали эту глобальную экспансию?

– Знаете, в нашем случае сильнее сыграли даже не санкции, а курс рубля. Увеличиваются внутренние издержки: растут зарплаты, дорожают комплектующие, материалы, сырье.

Себестоимость высокотехнологичного судна получается очень высокой, а продавать продукцию на экспорт в убыток мы не можем. Поэтому сейчас, как и многие экспортеры, мы ждем более комфортного для производства валютного курса.

– Какой выход вы нашли для верфи?

– Мы полностью переориентировались на внутренний рынок. Да, объемы спроса в масштабах одной страны скромнее мировых, но интерес огромный. Наши лодки уже работают на Байкале, в Сочи, в Крыму. Правда, на юге сейчас непростая обстановка для водных прогулок из-за атак ВСУ, поэтому активно осваиваем другие регионы.

Например, мы разработали линейку чисто транспортных судов без прозрачного дна. В прошлом году запустили в Пермском крае на реке Кама наш новый проект – скоростной мини-«Метеор» на подводных крыльях на 26 посадочных мест. Пермяки остались в восторге и сразу заказали нам еще пять таких теплоходов.

Здесь очень помогла поддержка Минпромторга, который выделил квоты на льготный лизинг. Сегодня у нас портфель заказов расписан по всей стране: Пермь, Самара, Тольятти, Псков, Казань и т.д. Люди хотят видеть на своих реках современные, красивые суда.

– Ваши суда действительно выглядят футуристично и дорого. Это принципиальная позиция – делать ставку на премиальный сегмент?

– Стараемся! Зачем люди вообще отправляются на речную или морскую прогулку? За эмоциями, за романтикой! Но скажите мне, какую романтику можно получить на борту дребезжащего «плавающего сарая», который на скорую руку покрасили белой краской?

Я всегда хотел создавать корабли, которые станут качественными, красивыми. В общепите ведь уживаются дешевые закусочные и изысканные рестораны. Вот мы и заняли нишу «продвинутого» судостроения. Даже в самых маленьких лодках мы всегда давали пассажирам ощущение пребывания на дорогой яхте: натуральный тик, полированная нержавеющая сталь, качественный звук, удобные анатомические кресла. Никакой утилитарности.

Именно из этой философии родился наш знаменитый электрокатамаран «Белояр». На Западе для судов такого класса есть термин Party Boat – яхта для вечеринок. Наш эксперимент превзошел все ожидания. Руководитель компании «ВодоходЪ» в одном из интервью даже назвал «Белояр» лучшим пассажирским судном России в своем классе.  

И сейчас мы заканчиваем работу над судном следующего поколения. Вологодская область заказала нам его к 250-летию Череповца – это будет гибрид. За счет этого оно сможет стать более скоростным, чем ярославский «Белояр». А еще на нем мы планируем установить солнечные панели, чтобы сделать корабль максимально автономным, способным работать практически без подзарядки с берега.

– Насколько комфортно вести такой сложный бизнес в Ярославской области? Помогают ли власти?

– Без поддержки регионального правительства нашего судостроительного бизнеса в его нынешнем виде просто не существовало бы. Будем честны: легализация новой верфи – это была настоящая бюрократическая битва. 

И здесь руководство Ярославской области и лично губернатор Михаил Евраев оказали нам неоценимую помощь. Они напрямую включились в переговоры с Росимуществом, Минпромторгом, буквально пробивали для нас решения на федеральном уровне. И сегодня регион продолжает активно продвигать нашу продукцию. Такое отношение дорогого стоит.

Сегодня у нашей компании офисы по всей стране. Но я всегда возвращаюсь в Ярославль. Это город, где я вырос, отучился и состоялся как личность. Моя супруга, которая сама родом из Санкт-Петербурга, тоже искренне полюбила уют Ярославской земли. Здесь мы растим своих детей.

– Александр Борисович, у вас бывают в жизни минуты, когда силы на исходе и кажется, что проще все бросить? Как сейчас модно говорить – начинается «выгорание».

– Я отношусь к бизнесу как к хорошей шахматной партии. В чем азарт шахмат? Ты должен просчитать комбинацию, которая приведет к победе. Если правила игры сложные и интересные – играть хочется бесконечно. Включается положительная обратная связь. Когда ты выигрываешь одну партию, вторую, третью – у тебя появляется азарт победителя. И даже если пятую партию ты проигрываешь, ты не бросаешь доску, ты хочешь отыграться. И это по-настоящему увлекает, так что никакого выгорания не происходит.

Неудачники часто говорят: «Эх, если бы у меня было 50 миллиардов и я знал о рынке абсолютно все, вот тогда бы я развернулся!». Но прелесть и драйв как раз в том, чтобы победить в условиях жесткого дефицита ресурсов и информации. Взвесить риски и выиграть – вот это настоящее искусство.

Тут подойдет сравнение: жизнь – это тропинка в лесу, которая постоянно ветвится надвое. И все искусство топ-менеджмента и личной мудрости заключается в том, чтобы раз за разом выбирать ту дорожку, которая не приведет тебя в болото.

– Что бы вы посоветовали тем, кто только начинает свой путь в бизнесе?

– Учиться и развиваться, используя все возможности. Поймите простую вещь: сильные, талантливые люди никогда не пойдут работать к руководителю, чей интеллектуальный и профессиональный уровень ниже их собственного. Они идут за лидером, у которого могут чему-то научиться.

И главное – не терять внутренний драйв. Как только предприниматель достигает определенного достатка и статуса, он часто перестает «рвать когти». А в бизнесе работает жесткое правило: шустрым бывает только голодный.

– А как вы сохраняете эту «голодность», имея успешный бизнес?

– Я с ранних лет ощущаю колоссальный потенциал человеческого сознания и души. Мы созданы по образу и подобию Божьему, в нас заложены невероятные возможности. Но в течение жизни даже самые лучшие из нас используют этот потенциал от силы на три-четыре процента. Когда ты понимаешь, что тебе дано на сто процентов, а ты освоил лишь малую долю, у тебя физически не может возникнуть депрессии или скуки. Осознание конечности человеческой жизни в сочетании с бесконечностью ее потенциала – лучшая мотивация.

Что будет дальше? У меня есть в запасе и программа-максимум, и программа-минимум. Так, мне удалось реализовать свои детские мечты о фантастической технике. Наша гордость – лодка «Карут» – возит туристов в Чили недалеко от Магелланова пролива, в ста километрах от Антарктиды. Теперь перед нами стоит новая цель – спроектировать и построить электрическую мегаяхту, которая опередит мировое судостроение на 15–20 лет. Как когда-то первый смартфон перевернул мир кнопочных телефонов. Проект этой яхты уже готов, и мы начинаем движение к новой вершине.

Фото Александра Погорелова