-
Дефолт справедливости

Дефолт справедливости

сквернореформаторы
Власть привыкла не спрашивать мнения тех, ради кого она проводит преобразования. Справедливо ли это? Сейчас, задавая самому себе вопрос, отчего так малоэффективны наши реформы, отвечаю: каждая в отдельности и все они вместе проводились во имя интереса той или иной группы власти предержащей и власть имущих, желающих усилить своё влияние, а равно и владение собственностью в результате этих реформ.
Проклиная, низвергая советское прошлое, стоило бы задуматься, почему тот политический строй при всех своих изъянах просуществовал более 70 лет, а низвергатели рухнули и превратились в пыль через 12 лет. Ответ лежит на поверхности. В основе устройства той системы, её фундаментом был принцип социальной справедливости. Большевики были не так глупы и уж кратно дальновиднее их нынешних оппонентов. Они привели к власти угнетённое большинство, что стало очевидным и невероятным по своим масштабам актом справедливости. И всё дальнейшее существование системы продуцировалось этой энергетикой практически полного отсутствия безработицы, а значит, торжеством права на труд, равнодоступного просвещения и образования, доступного здравоохранения, права на бесплатное жильё, на отдых и многое другое.
Младореформаторы оказались скверными аналитиками. В своих реформах они исключили социальную справедливость как таковую. Ту самую, что обслуживала интересы абсолютного большинства народа и объединяла страну на протяжении более 70 лет. Их не устраивал существующий средний класс: учителя, врачи, инженерное, научное и культурное сообщество страны, лучшие представители рабочего класса и крестьянства, они посчитали их иждивенцами и заявили, что создадут свой средний класс, состоящий из малого и среднего бизнеса, который станет опорой общества. Это было заявлено 15 лет назад, и не кем-нибудь, а Егором Гайдаром. А воз и ныне там. Видимо, поэтому мы никак не можем выиграть у «проклятого совка».
Никакая риторика, даже талантливая, не в состоянии убедить. Убеждает только результат. А таковым в сопо­ставлении с социализмом может быть только торжество более значимой социальной справедливости.
Может ли утвердить социальную справедливость нескончаемое повышение цен? Нет, не может. А цены на самые доступные продукты в потребительской корзине беднейших слоёв населения растут за год не на 8 - 12 процентов, как утверждает власть, а как минимум на 20 процентов, а то и больше.
Ну нельзя с такой настойчивостью вводить в заблуждение общество. А власть это не беспокоит. Почему? Потому что власть слилась с бизнес-элитой, и отныне, как уже было сказано, они принадлежат к одной корпорации, где такие мелочи, как затраты на продукты питания для тебя и твоей семьи попросту не замечаются.
Нелепо идеализировать социалистическое вчера. Было всё, что может быть при торжестве любого вида диктатуры, и неважно - личностной диктатуры или диктатуры партийной, классовой. Ибо классовая, партийная диктатура неминуемо порождает личностную, которая в конце концов утверждает авторитаризм как норму управления страной.
И та прошлая справедливость перестала существовать как таковая. Новое сословие власти, а оно оказалось именно сословием, желало иной справедливости - час­тнособственнической, но при этом оно не хотело нести за неё ответственность. Отсюда этот капитало-романтический тезис: «Рынок всё отрегулирует». Как известно, дьявол - в деталях. Та прошлая справедливость со всеми мыслимыми и немыслимыми изъянами была справедливостью большинства. А частнособственническая справедливость, которую лелеяли младореформаторы и за соз­дание которой не пожелали отвечать, очень скоро превратилась в справедливость для сверхменьшинства, именуемого в одной вариации олигархическим, в другой - криминальным капитализмом. И очень скоро эта новая «справедливость» обрела иное лицо, она превратилась в бизнес-план современной элиты или некой корпорации, в которую входят власть как часть капитала и капитал как часть власти.
Мы не рабы. Рабы не мы
Поражает алогичность нашего развития. Предавая анафеме советскую власть и уж тем более революцию, совершить то же самое в 90-х годах. И уподобившись большевикам, бездумно перечеркнуть прошлое. Но любопытно не только это. С тем же фанатизмом, как большевики уничтожали частную собственность в 1917-м, младореформаторы расправлялись с государственной в 90-х. И это при том, что в Конституции России определено равенство форм собственности. И опять тот же лозунг: «до основанья, а затем». И если тогда тезис «долой частную собственность» обуславливал цель революции: «земля - крестьянам, фабрики - рабочим», то в 90-х революция как таковая отрицалась. И захват государственной собственности, её делёж трактовались не иначе как торжество экономической целесообразности, а значит, справедливости. Для чего и был изобретён «экономический Гаврош», он же ваучер. Где он сейчас, этот миф быстродоступного счастья?! Там же, где и обнищавший в ту пору народ вместе с почти придушенным средним и малым бизнесом, которому предвещали место опоры общества. И до сих пор предвещают.
Трудно смириться с этим, но факт очевиден - мы жили в другой стране: бесплатное образование, свобода в выборе жизненного пути и абсолютная востребованность после окончания ремесленного училища, техникума, вуза. Обеспеченность жильём по месту работы, бесплатное здравоохранение, доступность санаторного лечения, массовая и равная вовлечённость детей в летние лагеря отдыха и абсолютно равнодоступная система кружков, занятий по интересам для молодёжи и система почитания людей старшего поколения - в тех же параметрах социальной справедливости.
Не правда ли, впечатляющая картина? И даже не верится, что это про нас прошлых. Если всё было так совершенно, почему рухнула система, а вместе с ней и страна? Всё потому же - разрушился остов справедливости. Партия пошла под откос с того момента, когда количество людей, вступающих в неё по идейным убеждениям, которые были сориентированы именно на защиту идеи справедливости, стало уступать числу людей, приходящих в КПСС из корыстных целей, то есть личной выгоды.
Нечто подобное произошло и с социализмом. Как только на смену великой идее равенства пришёл низкопроб­ный принцип уравниловки, остов справедливости дал трещину, и социальная система стала распадаться. Вот внутренние причины этой глобальной катастрофы. Ну а вырождение лидеров страны лишь ускорило процесс. Подчёркиваю, социализм уничтожила деградация справедливости.
К сожалению, младореформаторы 90-х были вне постижения проблем прошлого. Демонтировать и разрушать - совсем разные понятия. Первое требует ума, а для второго достаточно ненависти.
Сегодня разрыв в достатке между богатым сверхменьшинством и бедным сверхбольшинством, по официальным данным, где-то в 17 раз, а по существу в 40. В Америке - в 11 раз. Живу и недоумеваю: по какой формуле наш Госстат считает средний заработок и для какой страны? Разумеется, если к весу трёх слонов прибавить вес четырёх коз, то средний вес единицы поголовья будет 3,5 тонны. И желаем мы или не желаем, любую нашу власть народ будет рассматривать через призму этого фантастического разрыва.
Учить, лечить, защищать
У социально ориентированного государства, а мы себя считаем именно таковым, есть три заповедных обязательства перед своим народом: учить, лечить, защищать.
Ныне наше образование, ведомое министром Фурсенко, погружается в ещё одну реформу. Сначала помешательство на ЕГЭ, а теперь взялись за вузы - их слишком много. Вывод, не лишённый разумности, - университетов и академий (нынче такое понятие, как институт, практически изжито) развелось как тараканов вокруг засорившегося мусоропровода. Но ведь эта стихия бушевала не год и не два, и власть способствовала этому размножению, хотя общество буквально вопило: «Что вы делаете?» Власть по сути уничтожила плацдарм бесплатного образования, и в полном смысле слова чиновники этой сферы стали обогащаться за счёт обучения платного или подкупного.
Частная собственность превратила систему образования в оголтелый бизнес. Преподавание вне идеи, по существу, не более чем промысел. Но ущерб не только в этом - уничтожалась состязательность, в которой побеждал наиболее способный, лучший. Теперь всё по-иному - побеждает наиболее богатый. Рынок - существо вне идеалов. А государство, народ, общество в безыдейном пространстве развиваться не может, оно начинает тупеть.
Слишком образованные и умные мешают управлять страной. И не надо, чтоб их было много. А как же с нанотехнологиями и инновациями?!
Рискну предположить, что сокращение уроков литературы и истории в школах - это не заблуждение и не столько желание подстроиться под американскую модель образования. Всё гораздо серьёзнее, это вполне осознанная политика образовательного ведомства. Ибо познание именно истории и литературы воспитывает человека размышляющего, сравнивающего, оценивающего. А такой человек предрасположен к критике, и, значит, крайне неудобен, власть таких недолюбливает больше всего.
А призывников
прошу остаться
Проблема всех наших реформ в их нацеленности на что угодно, кроме одного - справедливости. К примеру, последняя военная реформа, которая уже вызвала в определённых кругах недоумение, переходящее в негодование. Всё можно купить и всё можно продать, только одно не продаётся и не покупается - это дух армии. Его практически надо создавать заново. А дух армии - это и есть осознание справедливости, которую воин готов защищать ценою своей жизни.
И вот опять реформа. До настоящего момента её проводили три министра обороны. Сократить генеральский корпус на 200 человек, офицерский - на 200 тысяч. А кто будет определять, кому уйти, а кому остаться? И обоснование жутковато: вот сократим, выставим на улицу лишних и неугодных, а вам, оставшимся, повысим зарплату. Так вот, чудится мне совсем иная причина. Дело в том, что откуп от армии стал массовым. Дети обеспеченных в армии отсут­ствуют, и призыв формируется из числа нуждающихся и очень бедных, которых в стране подавляющее большин­ство. И в случае социального взрыва армия, сформированная в зоне нужды, окажется на стороне не богатых и сверхбогатых, а на стороне бедных. И тогда... Ну что будет тогда, говорить не имеет смысла.
Капитализм
как мера пресечения
Складывается странное впечатление, что в каждой из проводимых реформ, чего бы они ни касались, власть озабочена не судьбой народа, а судьбой бизнеса. Это лишь подтверждает неопровержимый факт, что сама власть уже давно - составная часть этого бизнеса, или, ещё точнее, является инструментом в его руках.
В программе «Познер» Анатолий Чубайс отвечал на вопросы об отношении народа к итогам приватизации. Сказал примерно следующее: «Ну при чём здесь правильно, неправильно. Вы же понимаете, что проблема в другом». «В чём же?» - спросил Познер. «В справедливости», - ответил Чубайс. «Вы считаете, что приватизация была проведена несправедливо?» «Да, - ответил Чубайс, - несправедливо». Спасибо, Анатолий Борисович! Спустя восемнадцать лет оракул приватизации признал то, о чём говорил, а точнее, вопил народ.
Если мы провозгласили равенство форм собственности, а мы это сделали в Российской Конституции, то не надо повторять уже совершённой однажды ошибки, утвердив в 1917 году диктат государственной собственности и перечеркнув частную соб­ственность как некое зло. Не надо один диктат менять на другой. Всякий диктат со временем окончится крахом и подтолкнёт общество к социальному взрыву. Стоит ли в этом случае творить зло соб­ственными руками? И всякий закон, принимаемый Думой, если мы желаем его торжества, должен проходить своеобразный кастинг на справедливость в любых параметрах, заложенных внутри закона. Надо не искать свободного места для справедливости в его строках, а использовать её в качестве фундамента любого законодательного акта.
Есть один путь приблизить власть к народу - вывести её из вип-зоны. Сегодня в нашей стране самая богатая власть в мире. Ни в одном государ­стве нет ничего подобного. Количество долларовых миллионеров в составе Государ­ственной Думы насчитывает уже едва ли не 200 персон, и говорят, что эта цифра занижена. Не стану спорить. О сенаторах - развожу руками, там других попросту нет. Вряд ли бедствуют и министры.
Удручает другое - в общий поток критики действий власти попадают честные, преданные делу чиновники, прошедшие школу жизни. Это золотой фонд власти, но ныне такие специалисты - редкость. Почему? Потому что школа жизни развалилась. Неработающие заводы, закрывающиеся НИИ, неоснащённое полуразрушенное здравоохранение. И учителя с зарплатами полусуществования. И ударных строек нет... И сельское хозяйство, деревня, обезлюдевшая и обездоленная. А посему профессиональная биография современного чиновника - сплошные офисные коридоры. Реальное бытие в компьютерном варианте. Вот одна из удручающих причин оторванности нашей власти от народа.
Нынешний кризис не попадает в реестр одной из очередных бед в силу своей масштабности и, что ещё опаснее, многоступенчатости. Он стал системным и тотчас глобальным мировым кризисом. Кризисом, которого в силу своих масштабов и многовариантности никогда не переживал мировой капитализм.
И самым ощутимым уроном в череде этих катастрофических событий оказалось рухнувшее доверие абсолютно ко всем столповым величинам капитализма. Будь то банки, государственная валюта, автомобильные, авиационные гиганты, конвейерное производство продуктов питания, строительство, бизнес как занятие, бизнес как система. Всё и всюду захватил водоворот кризиса. Что это значит? Социально-политический строй, именуемый капитализмом, дал трещину и стал скоротечно утрачивать веру в свою незыблемость. Планета заговорила о новом мироустройстве.

Предложить новость

Самые интересные новости - на нашем канале в Telegram

Чат с редакцией
в WhatsApp
Чат с редакцией
в Viber
Новости на нашем
канале в WhatsApp